Но нет, шум мотора все более и более удалялся. Она выглянула из окна и увидела, как мопед мчался теперь впереди автобуса. Копна белокурых волос Кеннера сверкала в ярких солнечных лучах.
Может быть, он поехал в Кэмп де Мар к своей жене? Может быть... О да, действительно, она вспомнила. Он что-то говорил об этом сегодня утром.
Чак не видел ее. А если бы и увидел, то не обратил бы на нее никакого внимания. У него свои заботы. И их много. Даже Мэгги почему-то вдруг на него рассердилась. Вглядываясь в белую раскаленную ленту дороги, он старался разрешить все трудные проблемы, вставшие на его пути.
Взять хотя бы Фолла. Вероятно, Фолл обиделся на него за вчерашний вечер. Не надо было поддаваться Барнею и соваться в драку с Фоллом. Но Чак надеялся, что еще можно все устроить. Фолл влюблен в Изабель. О’кей! Он скажет американцу, что это его мало трогает, но предупредит, что она замешана в каких-то темных делах. «„Да, Грегори Фолл, в очень темных! Мне известно кое-что, что вам, Грег, не известно! Слушайте, Грег, я ее муж и не схожу по ней с ума. Понимаете? Иле хочу, чтобы какой-нибудь парень был замешан в ее темных делишках. Фолл должен будет выслушать меня. Конечно же, он выслушает. Особенно если рядом не будет Изабель. Этот парень из Парижа, пожалуй, задержит ее сегодня на весь день. Может быть, и это обстоятельство мне удастся использовать? Я скажу: „Грег, вы видите этого парня в сером костюме, который вьется около нее? Так вот, Грег, этот парень — контрабандист. Он и Изабель... Это сущая правда, дружище. Я вас не разыгрываю"».
Во всяком случае, следует попробовать. Чак взглянул на часы и несколько поубавил скорость на повороте. Еще не поздно. Пожалуй, Чаку удастся поговорить с Фоллом до ланча.
13
Мэгги и Барней снова ругались. В пансионе об этом все уже знали. Розалия сказала Мануэлю, а Мануэль — немцам-туристам. Немцы-туриста, за неимением других занятий, рассказали всем остальным жителям пансиона.
— Ах ты, потаскуха! — кричал Барней.— Ты думаешь, я буду это спокойно терпеть? Да?
— Уйди от меня! — На ней все еще был ее пикантный халатик.
— Перестань валять дурака! — орал Барней.— Что вы тут делали сегодня утром, когда я был в аэропорту?
— Ничего!
— Паршивая врунья! — Он замахнулся на нее, но она подползла к самой стене, и он не мог дотянуться до нее через кровать. Тогда он прыгнул на постель, одной рукой сжал ей горло, а другой молбтил ее по бедрам.
— Уйди от меня! Я сейчас закричу!
— Что ты делала с Кеннером? Ты спала с ним? Да? Спала?
Мэгги вырвалась и перебежала в другой угол комнаты. Потом, зажав в руке будильник, повернулась к нему
— Поставь часы на место! — закричал Барней.— Ты сломаешь их. Часы стоят денег. Поставь их на место!
— Тогда уходи отсюда. Я не хочу, чтобы ты бил меня так же, как бил своих испанских шлюшек.
— Шлюшек? А как ты думаешь, кто ты такая?
Мзгги приподняла будильник, целясь в него. Ее белокурые волосы растрепались, губная помада размазалась.
— А кто такой, чтобы так говорить? — визжала она.— Мистер Непорочность! Ты думаешь, я забыла, в каком виде ты фотографировал нас с Дорой тогда в Париже? Такие маленькие фотографии, Барней! Ты думаешь, я не знаю, что ты потом продал их?
— Продал? Ты с ума сошла, золото мое. Я никогда...
— Их продавали потом около конторы «Америкен экспресс», на улице Скрибы. Джонни Трэнхолм купил весь комплект. Тебе об этом ничего не известно? Да? Делаешь такие делишки, а потом еще называешь меня потаскухой!
— Ну, знаешь, тогда произошла ошибка,— начал Барней.— Я никогда не собирался...
— Никогда не собирался? Так же, как никогда не собирался украсть эти бриллианты! Ты думаешь, я не знаю, что сегодня утром в саду нашли этот несессер? Ты думаешь, что мне ничего не известно об этих бриллиантах?
— Тебе все рассказал Чак? Твой дружок Чак?
Он бросился на нее, но навстречу ему полетел будильник. Мэгги промахнулась, часы ударились о стенку, и стекло разбилось. Барней развернулся, сильным ударом свалил Мэгги на пол и начал бить ее ногами.
— Вставай! — кричал он.— Вставай! Ты еще счастлива, что я...
— Кто счастлив? Я? Счастлива, что путаюсь с таким прелестным мальчиком, как ты? Это ты украл бриллианты! И собирался убежать и свалить все на меня. Я знаю тебя!
Барней изо всей силы ударил ее ладонью по лицу.
— Заткнись!
Кто-то стучал в дверь.
— Встань и вытри лицо,— прошипел Барней. Он подошел к двери и со злостью ткнул ее ногой.— Кто там еще? — раздраженно спросил он.
— Полиция,— ответили по-испански.
Вошел человек, одетый в штатское. Он без комментариев взглянул на блондинку в пикантном халатике и на следы супружеской сцены. Затем вынул из кармана свой блокнотик.
— У вас здесь живет черная женщина?
— Нет.
— Вы хозяин этого заведения?
— Нет, она,— ответил Барней.— Но я веду здесь все дела.
— Вы уверены, что у вас не проживает черная женщина? Старая женщина, с седыми волосами, кожа цвета кофе с молоком, носит фальшивые драгоценности...
— О, это мисс Дэвид,— сказала Мэгги.— Это, наверное, она.
— Повторите, пожалуйста, ее имя.
Мэгги повторила. Одетый в штатское спросил:
— Она сейчас дома? Я хочу видеть ее комнату.
— Но почему? Это просто старая полоумная женщина,— запротестовал Барней.
— Она подозревается в краже бриллиантов. Она пыталась продать сегодня утром целый мешочек бриллиантов.
— Что-о-о?!
— Бриллиантов,— повторил одетый в штатское.—; Но где ее комната? Она сама дома?
Лицо Барнея представляло собой гротесковую маску ужаса и удивления,
— Я сейчас все узнаю,— пробормотал он.— Все вам узнаю. Мэгги, проводи, пожалуйста, начальника в комнату мисс Дэвид.
Он выбежал в коридор и быстро спустился по лестнице.
— Кто-нибудь видел мисс Дэвид? — спросил он, врываясь в кухню.
— Нет,— сказал Мануэль.
— Она уехала в Кэмп де Мар,— объявила Розалия.
— Когда?
— Недавно. Она спрашивала меня, когда идет автобус на Кэмп де Мар. Я посоветовала ей пойти на площадь Рамбла и узнать. Она так и сделала.
— Ладно. Никому об этом не говори. Не отвечай ни на один вопрос. Поняла? — сердито крикнул Барней и побежал наверх.
Надо предупредить Ле Плана до того, как туда приедет полиция. Ле План сейчас в Кэмп де Маре. Он может ее перехватить, как только она там появится. Надо, немедленно позвонить по телефону.
Он вбежал в свою спальню и схватил трубку.
— Кэмп де Мар,— попросил он,— отель «Соль де Самбра», и поскорее, пожалуйста.
Он сгорал от нетерпения, пока его соединяли. Каким образом он может связаться с Ле Планом? Пожалуй, лучше всего поговорить с Изабель Кеннер. А она все расскажет Ле Плану. Это известие полностью ее оправдывает.
— Хэлло, пожалуйста, соедините меня с миссис Фолл,
— Одну минуточку.
Барней положил трубку на стол и бросился закрывать дверь, чтобы одетый в штатское не мог услышать его разговор. Когда он снова взял трубку, клерк сообщил ему:
— Из комнаты миссис Фолл никто не отвечает. Будут какие-нибудь поручения?
— Да,— быстро проговорил Барней.— Очень срочное поручение. Попросите, чтобы она позвонила мне.
После того как он продиктовал, куда она должна позвонить, Барней вышел в коридор. Одетый в штатское выходил из комнаты мисс Дэвид. Мэгги была с ним. «Нужно действовать быстро, очень быстро,— думал Барней. — Сейчас позвонит Изабель Кеннер, и я ей все скажу».
— Кто-нибудь знает, куда ушла эта женщина? — спросил полицейский.
— Нет.
В это время герр Соломон высунул из двери свою маленькую голову.
— Вы ищете мисс Дэвид? — произнес он на ломаном испанском языке.
— Да, сеньор.
— Она уехала в местечко под названием Кэмп де Мар. Это маленький курорт. Когда я прогуливался по -саду, она спросила меня, не знаю ли я расписание автобусов.