–Да, и видела, и слышала, а ты? Ты меня всё же слышал, когда я по ночам приходила и шептала на ушко?
– Да, но думал, что сошёл с ума, что подсознание выдаёт желаемое за действительное, – виновато опустил глаза Сергей.
– А сейчас?
– Тогда слышу, как и раньше, правда, намного отчётливее.
– И что теперь? – я посмотрела на мужчин, – зачем меня вызвали, если с Викой всё в порядке. Ты, кстати, разобрался со своими недоброжелателями? И где Элен?
– Я так и знал, что это ты мне говорила. Никак не мог поверить, – хрипло выдохнул Глеб, – спасибо тебе. Ещё бы чуть-чуть, и нас бы по миру пустили. Так что да, разобрался. Вскрыл целый заговор по захвату фирмы. А Элен с нами не живёт. Я не развёлся, чтобы больше ко мне не приставали. Ей купил квартиру в центре города, подальше отсюда. Иногда она приезжает, требовать денег, но Викой не интересуется.
– Ясно. Что дальше? Будем играть в страшную сказку: "Были у девочки два прекрасных папы и одна страшная мама – призрак? ".
Глеб хихикнул.
– И вовсе ты не страшная, а очень даже изящная и грациозная, подумаешь, слегка прозрачная. У каждого свои недостатки.
Теперь уже прыснул Сергей.
– Прости нас. Просто мы соскучились, и Вика тоже, – повинился он.
– Да не ври. Мы реально испугались, что ты исчезнешь совсем. Пусть так, но ты рядом. Когда второй год подошёл к концу, а от тебя ни слуху ни духу, решили тебя дозваться, – голос Глеба сочился тревогой и ожиданием.
– Ладно, с вами всё ясно, а где сейчас моя дочь?
– Она на прогулке с няней. Мы специально каждый день отправляем её гулять, чтобы самим было время дозваться до тебя. Целый месяц стараемся, пытаемся найти одну очень зазнавшуюся особу.
– Ну, ну, полегче, это ещё неизвестно, кто из нас зазнался, – я слегка засмущалась. Мужчины смотрели на меня счастливыми глазами. Я знала, что с Сергеем у нас прочный брак, основанный на любви и доверии. Я также видела, что и Глеб меня любит, что доказывал не раз своими поступками. И что теперь делать? Сергея я люблю, но и Глеб мне стал по-своему дорог.
Н-да, дилемма. Хотя чего переживать, я ведь призрак.
За дверьми кабинета послышались голоса, шум и громкие выкрики.
– Что случилось? – Глеб выбежал из кабинета, а я полетела вслед за ним.
На самом верху лестницы второго этажа стояла Элен. Новая нянечка растерянно переминалась у входной двери. Парни застыли на выходе из кабинета.
– Я никуда с тобой не пойду, – разорвал тишину тонкий детский голосок. Моё трёхлетнее чудо в короткой удобной куртке пыхтело и старательно выдёргивало руку из "мёртвой хватки" Элен.
– Мы ненадолго. Я всего лишь хочу посмотреть твою комнату, неужели ты её не покажешь своей маме? – Элин, не замечая нас, продолжала тянуть Вику за руку.
Та принялась активно сопротивляться.
– Сначала нужно раздеться, никто не ходит в обуви по дому, – объясняла взрослой тётке прописные истины, малышка.
Обе стояли на краю. Одна тянет за собой, другая сопротивляется, и всё это происходит на верхней ступеньке лестницы. Одно движение, и они рухнут вниз. От страха за свою девочку я ринулась к ним.
– Мама, – радостно взвизгнула малышка, чем тут же воспользовалась блондинка. Она ещё сильнее схватила мою дочь за руку и потащила за собой.
Девочка споткнулась и упала на колени уже на площадке. От рывка Элен пошатнулась. Она начала заваливаться назад, не расцепляя рук с Викой. От ужаса на меня накатила паника. Никто ничего не успевал сделать. Элен падала, утягивая за собой малышку.
Заорав во всю силу лёгких, я кинулась к Элен. Страх захлестнул такой мощной волной, что каким-то непостижимым образом, я оттолкнула Элен от Вики. Дочь схватилась за перила, а Элен не удержалась на краю и рухнула по лестнице вниз. Я полетела туда же, подчиняясь силе инерции. В самом низу, я успела увидеть шокированные глаза обоих мужчин, не сдвинувшихся с места ни на миллиметр, ещё более огромные глаза нянечки, а потом удар тряхнул меня, и почему-то стало темно.
Я успела подумать, что нянечка будет уволена, раз не смогла уберечь дитё от горе-мамаши. Но это потом, а пока…
Знакомого серого нечто не было. Лежать показалось неуютно.
Лежать?
Открыла глаза. Первый вопрос, что крутился в голове: «Поддаются ли призраки силе инерции и почему так больно?».
Приподнялась.
– Ой, – головная боль, прострелившая висок, заставила улечься обратно. – Где я и почему так больно?
Ко рту приставили трубочку, потянула воздух, и мне удалось попить.
Неужели всё, что я чувствовала до этого – обман?! Или сон? Я снова лежу в палате без движения, и девочка ещё не родилась?