— Почему звезда?
— Вокалом занимается. Даже конкурсы выигрывала какие-то, — Алекс зашел на ее страницу, пролистал вниз. Не нашел ничего интересного. Вернулся обратно в группу.
Так мы не торопясь прошлись по всем страничкам моих новых одноклассников. Алекс методично и без эмоций рассказывал про каждого.
Никого не выделял. Друзей так за год и не завел. Со всеми ладит. К каждому подход находит, но в душу не пускает. Для него это норма жизни.
Наблюдатель такой. Со стороны всегда.
Ни во что не вмешивается, ни кого не судит.
Я так не умею.
Буду стараться конечно. Но все равно же влезу куда не надо.
Удивительно, как мы такие разные в одной семье выросли. Словно от разных родителей. Всегда подозревал, что приемыш я.
Но после того, как четыре года назад гением вдруг стал, сомнения отпали. От отца наследство привалило. Год почти дома просидел взаперти, не мог справиться.
Все запоминаю.
Мельком увижу, а уже в голове логические связи строятся. Жесть, башка болела тогда.
Говорят такими люди рождаются. Ни фига.
Приходит, как снег на голову.
Если бы не отец, я сдох бы наверно. Но в итоге оправился. Привык уже. Даже контролирую поток знаний, который в голову впускаю.
В четырнадцать по школам для одаренных фанател. Кайфовал от того, что и там самый умный. Выпендривался, как не в себя.
Все про всех знаю. Ничего от меня не скрыть.
А потом скучно стало.
Понял, что нормальной жизни хочу. Той, которая была до всего этого богатства в мозгах.
Жить хочу.
Как брат. Ну почти как он.
Алекс перелистнул очередное фото. Тормознул его. Брюнетка с первой парты, которая на меня откровенно пялилась, как только я пришел.
— А эта что? — спрашиваю равнодушно.
— Вика, у нее вообще с башкой проблемы.
— Что за странный диагноз?
— К ней куча наших по очереди подкатывали, всех отшивает. Точнее даже подкатов не понимает. Ничего кроме уроков не видит. Ботанша одним словом.
— Симпатичная, кстати.
Любуюсь. Фото красивое. Волосы кудрявые длинные, глаза огромные светло-серые. Правда приятная. Свет как будто изнутри исходит. Не улыбается, а кажется что улыбается. Интересная.
В школе не обратил на нее внимания. А тут прям завис.
Чисто фото — и вдруг весь мозг перегружается.
Ретушь, наверно.
Или фотограф хороший.
В жизни совсем другая.
Брат дальше листнул, даже обидно стало.
На ту хочу смотреть. Успокаивает как-то.
Странная реакция на простое фото.
Отследил, но значения не придал.
Глава 7. Вика
Pov Вика
Третий день учебы. И снова нелюбимая история. Зачем нашему физико-математическому классу два урока истории в неделю?
Прозвенел звонок.
Я поморщилась, хотя за перемену уже успела повторить домашку. Готова теперь на сто процентов. Меня не должны спросить, но я все равно психую. История не мой конек.
Не могу запоминать факты. Толи дело — алгебра с физикой. Стройно все. Чётко. Обожаю эту строгость линий.
Оксана вбежала в кабинет запыхавшись.
С булочкой в руке. Спрятала ее в рюкзак.
Историк зашел в класс прямо следом за ней. Открыл журнал, пробежался по нему. Молчит.
Терпеть не могу это молчание.
А когда он карандашом по списку ведет, так у меня сердце биться перестает. Особенно если в середине останавливается. Там, где моя фамилия. Вижу, что ниже пошел. Выдохнула.
— Ну, что повторение, мать учения, — наконец говорит учитель.
— А про то, как формировалось коалиционное правительство в Англии в 20–30- годах, нам расскажет человек, который приехал из Англии.
Историк сам заржал над своей шуткой. Но мы все поняли, кого именно вызывают к доске.
— Это вряд ли, — отозвался Даниил.
Я снова внутренне сжалась от этого голоса. Намеренно провоцирует учителя. Зачем?
Лавры Олега ему покоя не дают что ли? Сразу видно, что одного поля ягодки. Споются через пару дней, точно говорю.
— К доске, Даниил, — поднимает голову историк.
— Ну, сами захотели.
Одноклассник встает и идет мимо моей парты. Даже кажется, специально мой карандаш рукой задевает. Ловлю его, пока не упал.
Козел просто.
Останавливается у доски. Рот открывает:
— Короче, было в Англии две партии. Всегда они между собой бодались, а тут вдруг пришел некий мессия Макдональдс.
— Макдональд, – поправил его историк.
— Какая разница, — махнул на него новенький, — короче он решил эти две партии объединить. В Англии дело было.
А Англия — это такая прикольная страна, где в пять часов дня все пьют чай. Реально закрывают банки, магазины и больницы. Даже если кто-то придет к врачу с вилкой в глазном яблоке, его все равно не примут. Придется ждать окончания чаепития.