Выбрать главу

Неужели с ним может быть интересно?

Но симпатичный, конечно.

Пыталась найти его в соцсетях.

Не смогла. И ее тоже не нашла.

Всю страничку Алекса облазила. Ни одного упоминания ни о брате, ни о его девушке. Как так то, если они все время вместе проводят.

18+ история Лизы Самойловой в книге «Поиграем, красавчик»
ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ

https://litnet.com/shrt/5GqI

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25 Даня

Pov Даня

Уже два дня прошло, а я с ней так и не поговорил. Сам не понимаю, что мешает. А мешает что-то точно. Все время мешает. Или сам себе преграды нахожу. Не хочу просто или боюсь. Не разобрался еще.

Дал себе еще один день на раздумья. После уроков в сторону стоянки иду. Обогнул угол школы, странные вопли услышал. Феликс пригвоздил парня, в два раза меньше себя, к стене.

Кулаком перед его лицом машет. Я подошел ближе, прислушался.

— Ты че не понял, кто тут теперь главный? — орет ботаник.

Паренек кивает. А что ему делать-то. Висит на руке Феликса, как тряпочка. Ноги в воздухе болтаются.

— НеЮсупов, ты че творишь, — подхожу к ним.

— Он меня задел в коридоре и даже не извинился.

Зло выплевывает. Важным таким себя чувствует.

— Я случайно, споткнулся просто, — лепечет паренек.

— Отпусти, — рявкнул я.

Феликс разжал кулак. Скулы на лице от злости зашевелились.

— К медсестре зайди, — кидаю парню вслед.

Тот убегает. Вроде быстро бежит. Успел я вовремя. Осадить надо товарища.

Подошел к нему, толкнул плечом. Так, сильно, что его вбок отбросило.

— Я тебя толкнул, извиняться не буду, разберись со мной.

Смотрит на меня глазами испуганными. Разумеется. Смелый только с теми, кто слабее. Знаю я такую категорию.

— Даня, я не понимаю, что на меня нашло.

— Силу ты свою почувствовал. Безнаказанность. Только вот с равными ее надо проявлять, а не с теми, кто слабее. Со мной готов драться?

— Даня, ты не прав. Просто у меня настроение плохое, парень под руку попался.

— Я у тебя тоже под рукой, давай вымести на мне свое настроение.

— Я понял.

— Что ты понял?

— Что стал вести себя, как Лялин. Как те, кого ненавидел сам.

— Быстро соображаешь, когда испуган. Врезать тебе что ли, чтобы навсегда запомнил правила? Драться надо только тогда, когда другого выхода нет. И с теми, кто сильнее или равен тебе.

Правильные вещи говори, а чет передернуло меня как-то неожиданно. Нехорошо прям стало. Чье-то присутствие рядом.

Феликс уставился с облегчением куда-то за мою спину. Я резко развернулся, готовый ответочку дать.

В глаза ее просто взглядом впился. Смотрит на меня не моргая.

Откуда взялась? Давно там стоит? Что успела услышать из нашей беседы? Следит за мной что ли.

— Я что-то неправильно сказал? — спрашиваю у нее с вызовом.

— Да, нет. Как раз правильно.

Молчит, изучает меня. Реакции какой-то ждет.

— И что опять не так?

— Я бы на твоем месте ему бы всё-таки врезала, чтобы запомнил лучше.

Даже не улыбнулась. Но в глазах океан эмоций какой-то. Утонул просто в нем. Мурашки по коже пошли.

— Если дама просит, не могу отказать, — с трудом от нее отворачиваясь обратно к НеЮсупову.

— Вика, — кричит он в ее сторону.

Подошел к нему ближе. За грудки взял, замахнулся. На нее снова глянул. Смотрит с хитрой усмешкой. Серьезным взглядом, как будто меня проверяет.

— Сделаю, как ты скажешь, — снова в глазах ее тону. Не могу вынырнуть.

Феликс напрягся, но не сопротивляется. Хотя мог бы. Но боится. Сам не понимаю почему.

Она показывает большим и указательным пальцем как бы небольшой размер. Понимаю ее. Ногу резко подсекаю, он на траву падает. Орет немного, но быстро успокаивается. Не больно же. Просто неожиданно. И обидно, наверно. Зато теперь понимает, что учебный процесс жестким бывает. Ботаник всё-таки.

Она ни слова не говорит. Просто разворачивается и идет к остановке. Мимо нас.

Она и так мимо шла. Крики услышала и опять захотела всех спасти. Ничего нового для нее.

А со мной то что происходит, черт ее возьми? Торкнула.

Белая и пушистая такая. А тут сама предложила разобраться на кулаках.

— Оправился? — присел рядом с Феликсом на траву.

Мне бы самому теперь оправиться. От ее появления внезапного.

— Извиниться перед пацаном, может?

— Твое дело. Но я бы лучше больше такого не допускал и все норм будет, — сухо говорю.