Моя прекрасная целительница
Натали Палей
Глава 1
Мужчина был красив. Даже слишком. Он принадлежал к тому типу мужественных красавчиков с правильными чертами лица, на которых заглядываются все женщины без исключений. Независимо от возраста и статуса в обществе. Такие разбивают сердца леди одним взглядом, одной небрежной улыбкой. А сердца простых девчонок даже полувзглядом. Или просто самим своим появлением в поле зрения.
Тина мысленно вздохнула, продолжая разглядывать мужчину. Её сейчас спасало то, что у него были закрыты глаза. И вообще он спал.
Однако чеканные черты лица, густые тёмные волосы, резко выделяющиеся на белоснежной подушке, брови вразлет, смуглая идеальная кожа, длинные ресницы…
Мужские ресницы привели девушку в чувство.
Ресницы-то зачем ему такие? Вот широкие плечи, крепкий торс, стройные ноги… наверное, они у него такие — стройные, раз всё остальное очень подтянутое, крепкое, мускулистое?.. Она не видела. Это да, мужчине нужно. Наверное. Девчонки любят шептаться о таком, — она как-то слышала.
Тина нахмурилась: что-то её не туда занесло. Спящий красавчик вообще-то чужой жених, высокородный лорд и целый капитан гвардейцев. И…
— Мисс Эвелина, что-то не так? — Рядом раздался мужской голос, от которого Тина вздрогнула. Ох, она и забыла, что не одна здесь. — Вас что-то смущает в состоянии Эдварда?
— Э-э-э… да. Сму-ща-ет, — Тина ответила медленно, растягивая слоги, собираясь с мыслями, которые растеклись подобно киселю стоило ей снова увидеть знаменитого капитана Эдварда Дарлина — человека-легенду, героя войны.
Девушка мысленно дала себе пощёчину. Боги! Она же чуть не спросила лорда Рида, почему он назвал её «мисс Эвелина»! Она чуть не забыла, что в данный момент именно она — мисс Эвелина Стрендж, единственная дочь лорда Стренджа, умница, красавица и богатейшая наследница папиных мильонов.
Тина выпрямилась, вспомнив, что сейчас она вообще-то леди, а не простолюдинка, и чуть задрала подбородок, — Эва именно так и сидит всегда, словно палку какую проглотила, и смотреть ей нужно непременно на потолок, а не на человека перед ней. Не то, что Тина до этого, — чуть ли не сгорбившись над раненым героем.
— И что же это, мисс Эвелина? — лорд Рид выглядел обеспокоенным.
Тина надеялась, что не покраснела. Вообще раньше её не смущал ни один мужчина, кроме конюшего лорда Стренджа, но Гарри — тот ещё субъект, всех девушек смущает пристальными взглядами, двусмысленными комплиментами и предложениями, а вот этот конкретный мужчина… то есть лорд…
Лорд же тоже мужчина или нет?
Ну что за глупые вопросы она сейчас задаёт? Она — Тинария Налт — целительница, и знает, что лорд — определённо тоже мужчина. Видели — знаем.
Боги, почему при виде именно этого мужчины у неё вместо мозгов вата? Почему она не может спокойно смотреть на лорда Эдварда — так, как на других пациентов?
— Меня смущает излишняя бледность вашего друга, — ответила Тина со всей серьёзностью.
— Разве бледность — это не обычное последствие после большой потери крови? — искренне удивился лорд Рид.
«Умный какой, — Тина мысленно закатила глаза. — Понятно, что последствие. Но мне-то нужно что-то ответить».
— Да. Но не такая сильная бледность, — вслух поговорила Тина, — ваш друг очень бледный, — и мысленно взвыла: «Что я несу?!»
Тина не стала смотреть на лорда Рида, чтобы ещё больше не смутиться. Она потянулась к спящему лорду Дарлину, чтобы взять того за запястье и проверить пульс, но раненый вдруг открыл глаза. Тина вздрогнула, тонкая девичья рука остановилась на полпути.
Почему она решила, что глаза у лорда Эдварда Дарлина карие? Потому что он брюнет?
Глаза мужчины оказались необычными — светло-серыми. Ещё и с золотистыми крапинками. И сейчас смотрели прямо на неё. Удивлённо. Тёмные волосы упали раненому на лоб и явно мешали, и Тине очень захотелось протянуть руку и убрать их, освободить лоб, но она сдержалась.
«Какой высокий и широкий лоб. Наверное, он очень умный».
— Где я?.. Кто вы? — еле слышно прошептал мужчина, пытаясь сфокусировать взгляд на девушке. — Хорошенькая какая… Вы, верно, ангел?.. А я всё же умер? — спросил и грустно усмехнулся. В уголках серых глаз появились маленькие морщинки-лучики.
Тина постаралась остаться невозмутимой. Она — ангел? И хорошенькая? Как… мило. И как волнительно. Захотелось ответить: «Да, я и ангел, и хорошенькая, и, вообще, я очень хорошая девушка и буду вам самой лучшей женой», но она, конечно, сдержалась и не сказала ничего из того, что крутилось на кончике языка, только удивлялась тому, какие глупости иногда лезут в голову.