— Много болтаешь. И так долго шла, — нахмурила тонкие брови мисс Стрендж, покачав головой. — Но это хорошо, что ты помнишь о непристойных жестах для леди. Потому что…
— Вообще-то я находилась в другом крыле твоего громадного дома, — прервала её Тина, вздыхая. — Убирала в гостевой комнате. И крыльев у меня нет, если ты не заметила, — язвительно добавила она, разведя в стороны руки. — Что у тебя за новый пожар? Что горит? Кого нужно спасать?
— Меня нужно спасать! — Эва грозно сверкнула глазами.
Только Тине леди Стрендж позволяла так с собой разговаривать, другие слуги давно к этому привыкли, не обращали внимания и не завидовали. Все понимали: высокородная мисс Эвелина Стрендж и горничная Тинария Налт дружили с пелёнок, были молочными сестрами, поэтому и общение их между собой достаточно своеобразное.
— Все объяснения по ходу дела, — процедила Эва, подошла к Тинарии, оценивающе осмотрела её и пробормотала: — Думаю, всё получится. Размер у нас одинаковый, волосы у обеих светлые, глаза светлые, значит мои платья тебе подойдут, и ты не будешь выглядеть в них нелепо. С памятью у тебя тоже всё в порядке, значит и этикет ты вспомнишь.
Эва обернулась к горничным и поманила девушек изящным пальчиком.
—Так, мои милые, быстро переодеваем Тину в моё бледно-голубое платье и преображаем в леди.
В несколько рук горничные стали раздевать опешившую Тину. Фартук, платье, сорочка полетели на кровать Эвы, и уже через мгновение девушка стояла в одном нижнем белье. Даже шпильки из строгого узла на затылке успели вытащить, от чего красивые тяжёлые волосы рассыпались по плечам.
— Да в чём дело?! Может, объяснишь?! — возмутилась Тинария, выйдя из ступора и отпихивая от себя горничных. И Эву тоже, хотя та и сверкала возмущённо глазами.
— На несколько часов станешь мной. — Глаза Эвы лихорадочно заблестели, а щёки разрумянились.
— Здрасьте, — изумлённо уставилась на молочную сестру Тина. — С чего это? Мне заняться, что ли, нечем? У меня полно работы!
— О, Боги! — взвыла мисс Эвелина и топнула ножкой. — Тина, душа моя, можешь хотя бы на сегодня забыть свой говор, работу и вспомнить всё, чему тебя учили на уроках вместе со мной?
— Ты можешь объяснить нормально? — Тина скрестила руки на груди, не давая горничным надеть на себя платье Эвы. — И вообще, уроки я прогуливала, ведь на них была такая скукота.
Мисс Эва выразительно закатила глаза, поджала губы и резко проговорила:
— К нам в поместье приехал мой жених, лорд Эдвард Дарлин. Сейчас он ждёт в гостиной.
Лицо Тины от удивления вытянулось.
— Ты знаешь, как я отнеслась к решению отца без моего согласия выдать меня за него замуж. Знаешь, что потом я смирилась и ждала его. Впрочем, уверена, все знают, — вздохнула мисс Эва, а все четыре горничные стали смотреть куда угодно, только не на свою мрачную мисс. — Прошло шесть месяцев с момента соглашения… Шесть! Месяцев! А этот… этот… — Эва заставила себя успокоиться, сделала вдох, выдох, сжала пальцы в кулаки, — этот так называемый жених впервые появился. Сделал, наконец, одолжение, — Эва некрасиво скривила губы, в глазах заблестели слёзы обиды.
Тина переглянулась с одной из девушек, потом с другой. Во взглядах горничных отражались одни и те же эмоции — сочувствие к госпоже и возмущение поведением её жениха. Все работники поместья Стренджей помнят тот день, когда лорд Стрендж вернулся из долгой поездки и «обрадовал» дочь известием о договорном браке с лордом Эдвардом Дарлином.
Тина в ту минуту находилась рядом с Эвой и прекрасно видела ошеломлённое лицо госпожи и подруги.
— Что, отец? — переспросила девушка и, кажется, вспыхнула от макушки до самых кончиков пальцев.
— Я договорился о твоём браке с лордом Эдвардом Дарлином, капитаном королевских гвардейцев. Как только тебе исполнится восемнадцать лет, вы поженитесь, — охотно повторил лорд Стрендж.
Тина тогда с удивлением наблюдала за подругой. Эва поднесла ладошки к горящим щекам и медленно опустилась в кресло. Ноги, что ли, перестали держать? Видимо, от счастья. Ну, так Тина сначала решила. Как вскоре выяснилось, очень опрометчиво.