-Сколько ещё было в пути?
-Если дальше также быстро двинемся – две недели. Ты – прям мой талисман для короткой дороги, - он улыбнулся, но, заметив, что жене совсем не весело, вновь стал серьёзным, - Что с тобой?
-Беспокоюсь о сыне. Мы – ужасные родители. Мало того, что имени не дали, так ещё и бросили, а он ведь даже говорить не начал!
-Тебе было бы намного легче, будь ему пять?
-Нет, но…
-Сейчас он ещё не понимает, кто – мама и почему её нет. Пока у тебя есть возможность путешествовать, надо её использовать. Ты же мне говорила, помнишь? Да и в столицу надо заскочить, чисто позлить свет своим появлением, погулять по набережным и станцевать на балу. Могу поспорить, Король наверняка устроит бал в нашу честь.
-Я списалась со своим управляющим. Он нашёл место для магазина и того, кто займётся продажей, - вернула мужа с небес на землю виконтесса, - Не забывай, мы едем по делу и должны как можно скорее вернуться обратно.
-Помнится, раньше ты была другого мнения, - не чувствуя границ, рискнул подколоть жену Герберт, - Норовила вернуться домой и только и говорила о возможности купить дом поближе к Университету.
-Это было моей мечтой до появления ребёнка, - женщина распалялась с каждым словом, под конец перейдя на крик, - Нашего с тобой, позволь напомнить. Того самого, что мы бросили с тёткой в возрасте полутора месяцев потому, что захотели развеяться.
-Не усложняй, мы отбыли по делам. К тому же, совсем скоро вернёмся. Это ведь не навсегда. Меня ждут растения, которые я бросил на Рамона с Велтоном. Они, конечно, справятся, но от осознания того факта, что я выпустил ситуацию из-под контроля, легче не становится.
-Да, контроль – это очень важно! Только вот один раз из-за твоего навязчивого желания справляться со всем в одиночку чуть не умер человек!
-Хм… - кашлянул кто-то с другой стороны занавески, и принцесса рывком её отдёрнула, являя распалённому стычкой мужу барона, - Я хотел попрощаться и поблагодарить Вас за то, что так тепло заботились, несмотря на недуг. Виконт, я безмерно благодарен за наши долгие беседы. Виконтесса, я буду вечно помнить Вашу ни с чем несравнимую красоту. Позволите ли Вы коснуться губами Вашей ладони? – и, после поцелуя, прощаясь, добавил, - Спасибо за то чудесное время, которое я провёл под Вашей крышей.
Карета тронулась в гробовом молчании. Виконт бесился непонятно почему и всё норовил снова поругаться с женой, которая гордо хранила молчание. Невозможно было сказать, что и почему случилось, однако это принесло одному удовольствие, а другому – причину для ревности. Они уже выехали со двора и даже выдержали то, как неуклюже карета забралась на Королевскую Дорогу, ведущую в столицу через всю страну, когда терпение лопнуло.
-Почему ты так с ним любезничаешь?
-Почему ты не приходил ко мне в спальню?
Сказанные одновременно фразы грозили вызвать новую перепалку, если бы виконт вдруг удивлённо ни сморгнул и не спросил:
-А почему ты не приходила?
-Думала, ты больше не хочешь.
Осознание того, что его чуть не записали в импотенты, неожиданно не разозлил, а разгорячил виконта. Сразу захотелось показать, что всё совсем не так. Поэтому он притянул жену к себе и против воли вздрогнул, когда её прохладная ладошка скрылась под краем куртки где-то в районе пояса. Краем сознания он уже понимал, что разговор окончен, но всё-таки предпринял последнюю попытку обсудить ситуацию.
-Но, как жена, ты должна была
-Ты постоянно меня отсылал, и я решила держаться подальше от вашей сладкой парочки, пока не успокоишься.
-И ты всё это время ждала меня?
-Да, каждый вечер. Правда, потом отчаялась и просто начала ложиться пораньше. И я до сих пор не понимаю, почему Ваша Светлость изволила спать в одиночестве…
К приезду в столицу они успели наверстать упущенные за эти недели ласки несколько раз, поэтому принцесса выбиралась из кареты бочком. Под ногу попала ледышка, и женщина вскрикнула, повиснув на услужливо протянутой руке мужа.
-Ваша Светлость, Вам стоит быть осторожней, - не упустил возможности подколоть тот и, подхватив, закинул на плечо, направляясь к дверям гостиницы, где уже маячил мужчина с ключами, - Я позабочусь о Вас как о своей супруге со всей возможной силой.
И вправду позаботился. Когда они, наконец, соизволили закончить, за окнами уже темнело. И это несмотря на то, что совсем недавно был рассвет, который они встречали в обнимку в карете. Ада поморщилась, чувствуя, как он снова притягивает её к себе. Настроение закончилось где-то в области стола огромного номера, снятого вместо положенных по закону Санти апартаментов. Безусловно, она бы предпочла королевские покои, но вопросов не задавала – сначала не было желания, теперь – сил. К тому же, номер был совсем неплохо – окна на Университет, диван с мягкими подушками в углу, удобный стол вдоль стены. Она хмуро осмотрела то, что они натворили, и поняла, что сейчас придётся вставать, чтобы вернуть на место раскиданные подушки и подвинуть диван на место. Но мужа, это, казалось, совсем не волновало – он разгуливал по номеру, торопливо собирая одежду.