Это он отправил её, это он виноват, что она потерялась.
С разбега изменяюсь, больше не в состоянии сдерживать свою ярость.
С налёта накидываюсь на него, начиная избивать не сопротивляющегося мужчину.
Рву его плоть и его самого, пока меня не оттаскивают от огромного разодранного куска мяса, который продолжает дышать.
От чего опять кидаюсь на него, чтобы добить.
Не дают, отгораживая его от меня.
Что-то делают за спиной у солдат, а потом поднимают его и уносят в дом. Громко кричу видя как стража закрыла вход в дом. В ярости оглядываю пространство и останавливаю взгляд на темном лесе, в отчаянье срываюсь с места, так и не изменив свой облик.
Уношу себя всё дальше по ночному лесу, а когда силы заканчиваются, падаю на землю, ревя как раненое животное, которое потеряло смысл жизни.
Почему она?
Почему моя семья?
Ааааааааааа… Долго бьюсь, круша всё вокруг, пока обессиленно не падаю, осознавая, что я её потерял. — Только будь жива, даже если меня не будет рядом, умоляю, светлая, пусть она будет жива…
Отключаюсь в беспамятстве, умоляя богиню моего мира, захлебываясь слезами, чтобы моя суженая выжила, даже если и в другом мире, и без меня…
Пролог 2
Пролог 2
320 лет спустя…
— Девочки, далеко не убегайте! — кричит из беседки молодая женщина в белом накрахмаленном чепчике, качая маленького ребёнка в руках, который крутится и капризничает.
— Давай до того дерева и обратно, кто прибежит первым, получит… — девочка постарше задумчиво гладит подбородок, смотря хитро на младшую малышку.
— Что?! — в нетерпении складывает девочка ручки в кулачки и прыгая на месте в ожидании.
— Тот, кто проиграет, должен будет добыть из кладовой конфеты, которые папа привёз на корабле.
— Ой! Нас же наругают! — испуганно оглядывается на женщину младшая и растирает щёку, покрытую болячками от этих конфет.
— Трусиха! — вдруг громко кричит старшая.
— Я не трусиха! — возмущённо отвечает вторая и недовольно хмурится, поджимая пухлые губки.
— Трусиха, трусиха… — продолжает весело кричать старшая и срывается к дереву, к которому они договорились бежать.
Злая вторая девочка несётся за ней, и в какой-то момент обгоняет старшую сестру, которая запнувшись падает в зелёную траву.
— Эй, так не честно! — слышит позади себя младшая и проказливо смеётся во весь голос, продолжая бежать.
На что-то наступает и спотыкается, чувствуя резкую боль в ноге.
Споткнувшись и упав девочка начинает громко кричать и дергать ножкой.
Резкая боль повторяется снова и снова, в новых и новых местах.
Рядом появляется старшая девочка, и тоже начинает громко кричать и звать нянечку.
В какой-то момент перевернувшись, младшая девочка быстро садится и видит большую чёрную змею.
Начинает пятиться от неё, но змея не прекращает следовать за девочкой и продолжает её кусать.
Светлые чулочки полностью покрываются кровью, а змея всё кусает и кусает, не желая отпускать свою жертву.
Рядом появляется их няня и дергает змею за хвост отрывая от кричащего и напуганного ребенка.
Змея отвлекается от девочки и несколько раз кусает женщину за руку.
Женщина вскрикнув, быстро откидывает змею подальше и бросается к плачущей девочке.
Но злая змея снова направляется к ним.
Видя это, женщина кричит старшей бежать за помощью, а сама, схватив младшую девочку на руки, начинает убегать в сторону особняка.
Ребёнок в руках постепенно отключается и становится тяжёлым, как тряпичная кукла, безжизненно болтающаяся в руках у бегущей женщины.
Через полчаса задыхающегося ребёнка осматривал врач и пытался отпоить её.
Желательно было бы отсосать яд с ран, но пока его позвали, он уже распространился по всей ноге.
Вся нога девочки побагровела и отекла.
— Помогите ей, прошу, — без остановки шептала женщина, стоя рядом, и изо всех сил старалась не рыдать и не отвлекать врача.
— Госпожа, от меня больше ничего не зависит. Теперь если она справится — выживет, если нет… — врач замолкает, опустив глаза.
— А как там Грета, с ней всё нормально?
Врач на мгновение поднимает глаза, снова опускает их и скомкав испачканный платок, тихо выдыхает:
— Служанка умерла ещё до моего прихода, и это чудо, что девочка до сих пор дышит.
Женщина все же разрыдавшись, рухнула на ближайший стул.
Так прошли два дня, девочка не приходила в себя и постоянно горела. Пока не начала задыхаться.
Мать в какой-то момент забралась к дочери, взяла её на руки, рыдая и качая на руках.