Неожиданно раздался свист, и огнём обожгло левую сторону моего тела. Сразу после первой вспышки боли последовала новая.
Три сильных удара обрушились на меня, когда мать остановила отца.
После первого удара чешуя на коже проявилась, защищая её, и боль стала не такой острой.
И лишь моё сердце обливалось кровью от осознания того, что через четыре дня наступит моё восемнадцатилетие и в этот день я потеряю себя.
Раздался цокот маминых туфель, и меня резко схватили за подбородок, заставляя поднять взгляд.
Изменённые глаза сразу уловили страх в глазах матери, когда она встретилась с моим змеиным взглядом.
— Как ты могла? — с презрением выдохнула герцогиня, обдавая меня холодом.
Мне нечего было ей сказать.
Женщина, что стояла напротив, и та, кто дал мне жизнь, уже давно не была мне матерью.
Она была мамой Лоре и Хлое, но не этому змееподобному уроду в моем лице.
Эта мысль сдавила грудь так сильно, что из глаз потекли слёзы.
Аккуратно отняв руку матери, тихо выдохнула:— Извините, что я такая.
Сделав шаг назад, я быстро пошла в сторону своей комнаты. В коридоре наткнулась на Хлою, которая стояла у дверей и наблюдала за происходящим.
Замерла, но, быстро отвернувшись, пошла дальше.
За спиной снова донёсся голос отца, который угрожал, что если я ещё раз сделаю что-то подобное, он будет сечь меня до тех пор, пока моя чешуя не сползёт со спины.
Закрывшись в комнате, я окончательно разрыдалась.За отчаянием накатила злость.
Сердце билось в груди, как зверь, запертый в клетке. За минут двадцать я полностью разнесла свою комнату: в углу валялись сломанные вазы, разбитые зеркала, обрывки ткани.
Но несмотря на это, облегчения не пришло.
Чувства только накатывали, создавая вихрь, от которого было невозможно избавиться.
Упав на постель, я попыталась забыться, укрыться одеялом и спрятаться от всего этого, но оно лишь укрывало тело, не давая утешения душе.
***
В день моего семнадцатилетия с утра ко мне пришли служанки.
Они мыли меня и натирали душистыми маслами, расчесывали длинные волосы, вырывая из них клочки.
Ведь все оставшиеся дни я не расчесывалась, и волосы спутались так, что было проще их отрезать, чем распутать.
Но и это меня не трогало — пусть хоть на лысо бреют или убьют, если захотят.
Мерцающая цейва уже лежала на постели, заполняя комнату светящимися зайчиками. Сглотнув отвернулась.
Но даже отражение насмехалось надо мной, показывая в себе это проклятое платье.
Когда меня одели в него, захотелось прикрыться, спрятаться, ведь оно просвечивало ноги, открывало грудь, шею и плечи, а также спину.
Когда на пороге появилась мама, держа в руках какую-то светлую ткань, я опустила взгляд.
Проще было спрятаться от их безразличия, чем утопать в нём.Она подошла ближе и молча накинула мне на плечи тонкий жемчужный бархат, завязала тесёмку спереди и тяжело вздохнула.
— Не делай глупостей, Лира, он может раздавить всю нашу семью, не глядя.
Я поджала губы, осознавая, что, похоже, меня раздавить совсем не жалко.
На голову мать накинула глубокий капюшон, отделанный по краю крупным кружевом.
— Пошли, — коротко бросила мать, направляясь к двери. Я молча последовала за ней.
Спустившись вниз, я увидела нашу семью.
Отец, как всегда, опухший и угрюмый.
Лора смотрела на меня с ненавистью и злостью.
Хлоя изо всех сил старалась сдержать слезы, но они всё равно текли по её щекам.
Последние дни нам запретили общаться, меня просто заперли в разгромленной комнате и приносили только еду.
Я подошла к Хлое и крепко обняла её.
Она подняла лицо, её губы дрожали, но всё же она одними губами прошептала:
— Пусть он полюбит тебя больше, чем жизнь... и ты полюби его! Обещай мне, что полюбишь его...
На глаза навернулись слёзы, но я поспешила спрятать их, не желая показывать Хлое.
Кивнув, я провела ладонью по её ещё детским круглым щёчкам, стараясь запомнить каждую мелочь её лица.
Не знаю, когда у меня снова появится возможность увидеть её, но я искренне этого хочу.
Только её.
Маленький огонёк, который любил меня, несмотря на мою иномирскую магию.
❤️❤️❤️
Цейва
13 глава
В карете ехали молча.
Только отец раз за разом хлебал, причмокивая, из своей дорожной фляжки.