Верила ли я в виновность Тимура? Скорее нет, чем да. У Бориса могло быть много врагов с его непростым характером. В бизнесе Завьялов был настоящей акулой, не оставляя пощады проигравшим и недостойным по его мнению. Он сам не любил выглядеть слабым и другим не позволял, презирая эту черту. Возможно, это и хорошо, когда у тебя такой бизнес, где нужно уметь бороться за свое место, но, к сожалению, Борис и в жизни был таким же.
Сейчас я сидела и наблюдала за матерью Исаева в состоянии полной прострации. Бессонная ночь дала о себе знать: в глазах как песок насыпали, а в голове царило полное отупение. Слова Изольды проникали в меня, словно сквозь вату, не затрагивая сознания. Мать Исаева могла говорить и говорить бесконечно, но всё было напрасно.
— Надо что-то делать, но что? — ломала красивые пальцы в беспокойстве Изольда. — И Милана ещё не знает… Бедная девочка связалась с уголовником… Как воспримет её отец эту новость!
— Тимур Кириллович никого не убивал, — хрипло выдавливаю из себя, чувствуя боль в горле.
Так вот что со мной: я элементарно заболеваю. Видимо, это после прогулки на ледяном ветру. Надо бы держаться подальше от Саши несколько дней.
— А ты вообще молчи! — крысится на меня мать Исаева. — Что ты вообще здесь делаешь? У тебя нет обязанностей или ты тут на особом месте?
— Действительно, пойду к себе, — встаю с дивана, чувствуя, как меня немного пошатывает.
Ого, кажется, ещё и температура поднялась.
— За что мне всё это? — жалеет себя мать Исаева. — Мало мне смерти Бориса, теперь ещё и сына подозревают…
Оставляю её предаваться страданиям и ухожу к себе. Как мать, я её понимаю: переживать за сына — это естественно. Но как-то выглядит это всё наигранно, театрально. Борис Изольде был никто, что за него переживать? Я тоже беспокоюсь о Тимуре, но не хожу по дому, не говорю о себе. Изольда же ходит по коридорам как привидение и стонет: «Ах, какой позор, ах, как я буду жить?» Как-то выглядит это не очень правдиво. Конечно, если Исаева обвинят, то, скорее всего, конфискуют имущество, посадят… Тяжело Изольде будет в таком случае, мать, я предполагаю, живёт на деньги сына или нет?
Впрочем, какое мне дело до всего этого? Я здесь никто и звать меня никак, Изольда верно сказала. Но вот что будет теперь с Сашей? Получается, что Исаев как опекун потерял свои права или нет? Я мать Саши, а это значит…
От этих мыслей буквально падаю на кровать и, как Изольда там внизу, готова стонать о возможном исходе событий. Сашу отдадут мне? А кому ещё, я ближайшая родственница. Но нет, не таким способом я получу сына себе, это выглядит эгоистично. Но как заманчиво, господи!
Закрываю горящие щеки ладонями, смотрю перед собой в одну точку, как ненормальная. Если Исаева обвинят и посадят, у меня есть шанс стать матерью Саши по всем документам. Это так некрасиво и так желанно, что я чувствую, будто меня соблазняет сам дьявол. Я не хочу желать зла Исаеву, особенно если он не виноват, но какая-то тёмная часть моей души мечтает об этом. Я плохая, очень плохая!
— Ты уволена! — влетает в комнату мать Исаева. — Собирай свои вещи и проваливай отсюда!
— Вы не можете меня уволить! Тимур Кириллович принял меня на работу, и только он может…
— В отсутствие моего сына я сама решаю, что мне и как делать! — сердито заявляет Изольда. — Если не хочешь по-хорошему, я выставлю тебя за ворота силой.
Смотрю на эту женщину, красивые черты которой исказились в приступе злобы. Я её понимаю, ей тоже сейчас плохо, она переживает за сына и от этого совершает глупости. Не знает, на ком сорвать свою злость.
— Изольда Викторовна, вы же тоже мать, — начинаю я умолять её, лишь бы только заставить мать Исаева переменить отношение ко мне. — Поймите меня, я очень хочу, чтобы Саша был со мной. Я так долго этого ждала. Не прогоняйте меня, я буду работать, делать всё, что вы скажете, только бы быть рядом с Сашей.
— А мне-то что с этого? — удивленно приподнимает брови Изольда. — Почему я должна терпеть тебя в доме? Саша наследник, а ты всего лишь мать. Борис ясно дал понять в завещании, что ты никто. Поэтому и оставил всё на Тимура. Чем реже я тебя буду видеть, тем лучше. Ты портишь мне настроение.
— Пожалуйста! — я начинаю плакать.
Да, я не хотела бы унижаться перед этой женщиной и понимаю, почему она решила отыграться именно на мне. Но как я уйду от сына? Опять!
— Я мама Саши, мне ничего не нужно, просто быть с ним рядом!
— Ты живёшь в этом доме на птичьих правах, если Борис тебя терпел, то я не буду, — произносит Изольда. — Собирай свои вещи, и чтобы через пять минут тебя не было здесь. Или я велю выкинуть тебя на улицу в чём ты сейчас и без всего. Решай быстро, Яна. Мне некогда заниматься тобой.