Но в ту же секунду, когда наши взгляды встретились… По коже прошлась дрожь. Резкая. Холодная. И улыбка вдруг стала ощущаться чужой, словно она принадлежала не мне, а кому-то другому.
Кирилл смотрел прямо. Жёстко. Без привычной снисходительности, к которой я когда-то привыкла.
Варя смотрела иначе. Её взгляд был тише, но не мягче. Внимательный, изучающий, будто она пыталась разобрать меня на части прямо здесь, не скрываясь, не стесняясь этого.
Где-то глубоко внутри что-то неприятно сжалось, но я не позволила себе ни отвести взгляд, ни стереть улыбку. Я лишь чуть сильнее выпрямила спину. И сделала ещё один шаг вперёд, крепко держа за руку мужчину рядом со мной.
Глава 38
38
- Привет, - произнесла я наконец спокойно, почти мягко, позволяя голосу звучать ровно, будто за прошедшее время между нами ничего не изменилось.
Ответом стала тишина. Она не просто повисла в комнате - она словно сгустилась, стала плотной, почти осязаемой, заполнив собой всё пространство между нами. Никто не двинулся навстречу, не прозвучало ни единого слова. Даже Варя не шелохнулась: лишь её пальцы едва заметно сжались на ткани платья, выдавая напряжение, которое она так старательно пыталась скрыть за внешней сдержанностью.
Кирилл сделал шаг вперёд медленно, почти демонстративно, будто давая всем время заметить это движение. Он отложил папку, которую держал в руках, не отрывая от меня взгляда. Его глаза скользнули по моему лицу - холодные, внимательные, оценивающие - и почти сразу опустились ниже, к нашим сцепленным рукам. На долю секунды его зрачки сузились, а челюсть едва заметно дёрнулась, словно он с усилием сдерживал первую, самую резкую реакцию.
- Ты… - он выдохнул сквозь зубы, но оборвал себя на полуслове, будто передумал говорить то, что действительно хотел. Когда он заговорил снова, голос стал ниже, жёстче, и в нём отчётливо прозвучала неприязнь. - Какого хрена ты держишь этого урода за руку?
Я почувствовала, как пальцы Демида на моей ладони сжались чуть сильнее.
- А что не так? - спокойно спросила я, слегка склонив голову и удерживая его взгляд.
Кирилл усмехнулся. Улыбка вышла короткой, резкой и лишённой всякого веселья.
- Не так? - он сделал ещё один шаг ближе, сокращая расстояние почти до опасной близости. - Ты ведёшь себя как шлюха.
Слова прозвучали как хлёсткий удар, от которого внутри на мгновение всё оборвалось. Я открыла рот, чтобы ответить, но голос застрял в горле, а дыхание сбилось, превращаясь в неровные, рваные вдохи. На секунду я почувствовала себя выброшенной на сушу рыбой лишённой способности нормально дышать.
Его взгляд снова метнулся к Демиду - теперь уже открыто, без попытки скрыть отвращение.
Варя тихо выдохнула, почти неслышно, но так и не вмешалась. Она лишь перевела на меня взгляд, в котором мелькнула тень вины и тревоги, словно она заранее знала, чем всё это закончится.
Рука Демида по-прежнему лежала на моей, а большой палец медленно и почти лениво проводил по коже, будто одновременно успокаивая и напоминая о своём присутствии.
- Следи за выражениями, Кирилл, - спокойно вмешался он.
Голос Демида не стал громче и не сорвался на угрозу, но в нём появилась та самая холодная, ровная нота, от которой по коже невольно пробегал тонкий холодок. Он даже не посмотрел на меня , всё его внимание было сосредоточено исключительно на брате.
- Удивлён, что я не сделал того, чего хотел ты.
Пауза повисла в воздухе тяжёлой, вязкой массой, словно сама комната на мгновение перестала дышать. Кирилл нахмурился, будто на секунду действительно не понял, о чём речь, или, что было вероятнее, сделал вид, что не понял, давая себе время собраться.
- Не понимаю, о чём ты, - отрезал он и резко отвернулся.
Он направился к столику с напитками, и в его движениях появилась угловатость, которой раньше не было. Рука потянулась к бутылке бурбона. Он налил себе щедро, не отмеряя, и осушил стакан почти сразу, одним длинным глотком. Стекло глухо ударилось о поверхность стола.
Я невольно задержала взгляд на его спине, отмечая, как напряглись плечи под тканью рубашки, как пальцы сжались чуть сильнее, чем нужно. Он нервничал, и это было слишком очевидно.