— Это что? — выдохнула девушка обескураженно, протянув руку к пострадавшему месту.
Руку я перехватил, не позволив прикоснуться к себе.
— У своего мужа спроси, — выплюнул, отстраняясь. — Ты же его вон как защищаешь.
Галина перевела взгляд на Стаса, у которого окончательно заплыл один глаз. Да и вся левая сторона лица заметно опухла.
— Не я, — через силу выдавил он из себя непослушными губами.
Я на его ответ громко и надменно фыркнул. Конечно, не он. Его подручные.
Медовая, кажется, совсем растерялась и не знала, что делать или сказать. Потому так и продолжила стоять аккурат посерёдке между мной и Егоровым, который что-то проговорил беззвучно одними губами. Не понял что. Зато Лина — да. То-то пришла в ужас.
— Но ты же сказал… — начала она и заткнулась, обернувшись ко мне с беспомощным видом. — Тём…
Явно собралась защищать эту сволочь.
Поднял руку в останавливающем жесте.
— И слышать не желаю, как ты будешь его оправдывать, — отрезал довольно грубо и жёстко.
Просто на мягкость при всём моём желании не осталось никаких моральных сил.
— Где сын? — перевёл тему на изначальное.
— С няней и охраной гуляют по окрестностям, — прошептала Лина и посмотрела на Егорова, который, морщась, достал из кармана мобильный.
Неуверенным жестом набрал кого-то и приложил телефон к уху.
— Возвращайтесь, — проговорил с трудом.
Через пару минут к нам подошла женщина лет сорока со спящим ребёнком, одетым в красный комбинезон с белым мехом на руках в сопровождении двух вооружённых амбалов.
— Давно заснул? — поинтересовалась медовая мягким тоном и забрала у няни малыша.
— Нет, минут пять назад. К вам всё просился.
Галя на это только кивнула, продолжив с ласковой улыбкой смотреть на спящего сына.
Я же завис на разглядывании их обоих. Так странно видеть её в роли матери. Совсем юная. Сама почти ребёнок.
— Чтоб я сдохла, — разбил тишину громкий голос обалдевшей подруги.
На Олеську все тут же зашикали.
— Разбудишь же, — укорила Ксенька.
Смертина тут же зажала рот обеими ладонями.
— Я не специально, — повинилась следом уже шёпотом.
— Всё в порядке, — продолжила улыбаться Лина. — Он, если заснул, ничем не разбудишь. Хоть из пушки стреляй.
— А дай посмотреть, а? — тут же заканючила Леська, подавшись вперёд.
Правда, и шага не смогла сделать, как дорогу ей тут же перегородила охрана девушки.
— У-у, гады! — потрясла перед их лицами кулаком она, но послушно отступила обратно.
Я наблюдал за всем, будто со стороны. Смотрел и не верил. И что сказать и сделать, не знал.
— Обмен, Акимов, — вернул в реальность голос Егорова. — Я отдаю тебе сына, но ты отказываешься от Галины. Она остаётся со мной.
— И кто мне помешает забрать их обоих? Ты? — усмехнулся я. — Или твои стероидные мальчики на побегушках.
"Мальчики" промолчали. Даже в лицах не изменились. Невольно отметил их профессионализм. Явно элита. Что не удивительно.
— Ты.
Неожиданный ответ вновь вынудил сосредоточиться на супруге медовой.
— И с чего такая уверенность? — вопросительно выгнул брови.
— Потому что Антон с Артёмом в таком случае остаются со мной. По договору Галя потеряет право с ними даже видеться. Неужели согласишься лишить её детей? Впрочем, развода я всё равно не дам.
Вот же сукин сын!
Продуманный ублюдок!
— Артём, — тихо позвала Галя, приблизившись. — Не надо, — попросила. — Просто позаботься об Артёме, — опустила взгляд на спящего сына. — Я уже говорила тебе. Я вторична. Пусть будет так, — протянула мне ребёнка.
— Нет, медовая, на этот раз я тебя не отпущу. Однажды я уже совершил такую ошибку. Больше не стану. Вы оба останетесь со мной. И Антошку мы придумаем как забрать…
— Не в Антошке дело, Тём, — едва ли не плакала девушка, уставившись на мой живот. — Я тебя прошу, забери сына. Я не могу остаться с тобой, понимаешь?
— Да что за ерунда, кнопка! — не выдержал Александр. — Ты несёшь полную хрень, ты в курсе?
— Нам пора, Галь, — напомнил о себе Егоров.
Я на него даже не взглянул. Так и продолжил смотреть на медовую, которая уже откровенно плакала.
— Я… беременна от него, — проговорила она одними губами, буквально сунув мне ребёнка в руки. — Прости.
И отошла.
К Егорову.
Второй раз, как идиот, смотрел, как она уходит к этому сопляку. Смотрел и ничего не мог предпринять. В руках сын, а неподалёку вооружённая охрана.