Ксюша на это только улыбнулась, протянув малышу мягкий кубик, из которых он строил башню.
Судя по его уверенным действиям, занимался он этим не впервые. Последующее разрушение конструкции только подтвердило мои домыслы.
— Мы тебя Дану сдадим на попечение, когда подрастёшь, — гордо заявила Леська. — Будете вместе дома строить!
— А знаете, я всё равно не понимаю, в чём смысл такой рокировки, — подала голос Ксюша. — Глупость какая-то. Сомневаюсь я, что он будет Гальку их общим ребёнком контролировать. Не думаю, что сможет. Одно дело, чужой. Другое — свой. Неужели согласится сына матери лишить, чтобы её наказать? Или как он ещё шантажировать мог Галю? Сам говорил, что в детдомах Артём не числился. Значит, возможно, что он это Гале сказал, чтоб запугать. А что? Довольно умно.
— Он вообще продуманный малый, — поддакнула Олеська. — Не будь таким говнюком, заинтересовалась бы.
— Знаете, — подал голос Дан, — а он ведь реально любит Галю, — сделал неожиданные выводы.
— Братец, ты головой ударился где? Какая ещё любовь? Если только к себе любимому.
— Самая обыкновенная, которая неразделённая.
— В гробу я видела такую любовь, — передёрнула плечами Олеся.
Я молчал. Мне не хотелось ни думать, ни говорить о Егорове, а уж о его чувствах и страданиях — подавно. К тому же, Артёмка широко зевнул, потерев своими маленькими кулачками глазки, чем вмиг напомнил свою мать. Лина тоже так делала, когда уставала. Шагнул к нему и поднял на руки. Удивительный ребёнок. Новые люди, обстановка, а он засыпает даже сейчас. У меня на руках. В считанные мгновения. Уложил его в кроватку и вышел из комнаты, отправившись на балкон, курить.
— Ты не рад ему, да? — послышался голос Ксюши от дверей, а после она остановилась рядом, взяла зажигалку и принялась её вертеть в руках.
— Не то, что не рад, — начал я и, вздохнув, замолчал. — Я не знаю, Ксюш, — признался честно. — Смотрю на него, вижу себя, Лину, но… странное это ощущение. Словно это кража. По сути, я из-за него отдал медовую этому гондону. Второй раз. И вообще странно, что у меня есть сын. До сих пор не верится, несмотря на нашу похожесть. Не получается у меня его принять должным образом. Я херовый человек и отец, да? — посмотрел на подругу болезненным взором и отвернулся, заметив в голубых глазах море сочувствия и понимания.
— Ты не плохой, Тём. Просто он на тебя сейчас действует, как фактор потери любимой девушки. По сути, он ведь отнял её. Она себя на него променяла. Ты был так близок к цели, а в итоге остался наедине с сыном, но без главного приза. Это разочарование в себе. Главное, не переноси его на мальчика, Тём. Он-то уж точно ни в чём не виноват.
Она положила ладонь мне на плечо, слегка его сжав в качестве поддержки. В душе разлилась благодарность к подруге. Всё-таки удачно я тогда с ней и Леськой познакомился. Всегда придут на помощь и поддержат, чтобы ни случилось. Это дорогого стоит.
— Я знаю, Ксень, поверь, я всё это знаю. Только не получается у меня его вот так принять, — поморщился на собственные слова я. — Не знаю, почему. Я ведь до конца не верил, что всё это правда. Смотрел на него все эти дни безотрывно и не понимал, что чувствую. Он, вроде, есть. А с другой стороны… Будто не мой. Не со мной это. Я ведь и детей так рано не планировал. А он... Смотрит настороженно, постоянно ждёт подвоха...
— Вам просто нужно время, чтобы принять друг друга. Привыкнуть. Вам обоим, — ободряюще улыбнулась Ксюшка. — Он тебя не знает, само собой, не доверяет. И это притом, что он довольно общительный и идёт ко всем на руки. Повезло. Вот если бы шарахался. Тогда бы ты точно взвыл, — отшутилась под конец.
Мы оба рассмеялись.
— Да уж. Представлять подобное даже не хочу, — передёрнул я плечами, вопреки словам представив такой исход.
— Вот бы мой Дан тоже о детях не думал, как ты, — тяжко вздохнула подруга. — Все уши прожужжал уже. А уж после Артёмки… — снова вздохнула.
— Ну, в целом, сколько ему там учиться осталось? Последний курс или ещё один? Договорись о том, что по окончанию учёбы. Как работу найдёт серьёзную.
— Серьёзную... — скривилась Ксюша. — Он обычным автослесарем получает в десять раз больше моего. Как какой-нибудь зам директора. Впору завидовать. Никогда не думала, что в автомастерских такие бабки крутятся.
— Ну так… автомобили тоже не дешёвые, — ухмыльнулся и я. — А если так… вообще не вижу проблемы, если честно. С твоим Даном и рискнуть всем не страшно. Даже если проиграете, он всё равно придумает, как подняться обратно, а то и выше. Кстати, что там у тебя с матерью?
Дело в том, что у Ксении родители довольно обеспеченные люди. Мать заведует швейной фабрикой и сетью магазинов по всей области. Понятное дело, рано или поздно, это всё перейдёт Ксюше, как старшей из дочерей. Да только ей это всё нафиг не сдалось. Как и её сестре — Ольге. Той вообще лишь бы деньги отчехляли и всё, больше ничего не надо. Вот и получается, что мать крутится волчком, а куда приткнуться не знает. Потому взяла в оборот Дана, который тоже пока отмахивается от подобной роскоши.