А этот… который псих… он расхохотался, уткнувшись лбом в моё плечо. Ну, не гад ли?!
— Да, ту железную тарелку и шишку на своей голове я никогда не забуду. У меня эта тарелка занимает почётное место в буфете! — выдавил из себя явно через силу.
— Точно га-ад, — протянула я и сама смеясь.
— Зато только твой, — согласился он. — А ты только моя. Моя.
— Твоя...
ГЛАВА 17
На улице сегодня было излишне холодно, хоть и солнечно, но трём моим любимым мужчинам это нисколько не мешало веселиться. Они перекидывались снежками и строили снеговика, умудрившись незаметно умыкнуть из погреба морковку для носа и натянуть на голову непонятно откуда взявшееся железное ведро.
Стоя на кухне и помогая с готовкой Лилии Руслановне, я не могла не улыбнуться, глядя на них сквозь окно. Они и Артёмку приобщили к своим играм.
Сперва сын стоял возле лавочки, облокотившись на неё боком, и, держась одной рукой за деревянную "линейку", второй подбирал снег и кидался им в остальных. Артём с Антоном не оставались в долгу, закидывая мальчика в ответ такими же небольшими комьями снега. А вот после… Артёмка даже помогал скатывать шарики для снеговика.
В общем всей троице было весело, как никогда.
Пару раз Акимов звал и меня присоединиться к ним, но я отказалась.
— Иди к ним, чего ты здесь крутишься? Ведь хочешь же. А я и сама доготовлю, — предложила в итоге домработница.
Дородная пятидесятилетняя женщина с добрыми голубыми глазами, пушистыми вьющимися волосами и открытой улыбкой.
— Нет. Я вам помогу. Не люблю холод и снег, — отказалась я от этой затеи.
На самом деле, просто при взгляде на них я неожиданно почувствовала себя лишней и чужой. В этом доме. В их жизни. А может, просто разучилась радоваться хоть чему-то. Настолько привыкла сидеть дома и появляться где-то только с разрешения Егорова, что теперь никак не могла расслабиться. Свобода пробуждала во мне враждебные чувства. Мне всё время казалось, что в комнату вот-вот войдёт Стас, и окажется, что всё это было лишь плодом моего воображения, а я сама нахожусь в психушке под воздействием каких-нибудь лекарств.
— То-то ты такая бледная, — вновь завела свою песню домработница.
Ещё при первом знакомстве она отметила, что я похожа на труп, чем на здоровую девушку. Я на это только мрачно усмехнулась и ушла. Посмотрела бы я на неё, доведись ей оказаться на моём месте. Хотя нет, на моём месте лучше никому не оказываться. Впрочем, таких дурочек и нет, наверное, больше нигде. Другая бы ни за что не пошла на такую сделку, даже ради спасения брата. Постаралась бы найти другой способ помочь ребёнку.
— Всё хорошо? — тронула меня за плечо Лилия Рустамовна.
— А? — посмотрела я на неё в полнейшем непонимании. — Да, всё отлично. Просто задумалась, — улыбнулась вяло.
— Вот я и говорю, отдохнуть тебе надо, — покачала головой женщина, возвращаясь к готовке.
Наверное, она права, мне просто нужно расслабиться. Ещё бы вспомнить, как это — развлекаться, не думая о проблемах, без страха, зная, что за твоей спиной есть любящий мужчина, который поддержит и поможет всегда и во всём. Но ведь он есть. Так почему я вновь себя хороню? Разве не глупо, бояться того, кто ради тебя готов мир перевернуть?
— Знаете, а вы правы, — закончила я уже вслух свои мысли, обратившись к женщине. — Хватит бездействовать и плыть по течению.
Раньше я хоть и не могла ничего поделать, но сейчас-то могу! И сделаю!
— Вот и умница, — донеслось мне негромкое вслед.
Правда, вся бравада и уверенность пропала уже вскоре.
— Мама! — выкрикнул Антошка при виде меня в саду и побежал навстречу.
Сердце, как всегда, сжалось от боли на подобное обращение, да только язык не поворачивался развеять его иллюзии. Поэтому я привычно раскинула руки, поймав брата в свои объятия, подняв на руки. Щёчки у него раскраснелись, а голубые глазки блестели от счастья.
— Привет, — улыбнулась я ему вопреки внутренним метаниям довольно радостно. — Развлекаетесь? — уточнила и без того понятное.
— Да, — важно кивнул мальчик и задрыгал ногами в немой просьбе опустить его обратно на землю, что я и выполнила.
Стоило ему оказаться на свободе, как он схватил меня за руку и потащил к Артёму.
— Идём играть, — возвестил на своём детском языке, пропуская некоторые буквы.
Дальнейший час мы развлекались лепкой фигур и валянием в снегу. Артёмке такое развлечение особенно пришлось по душе, учитывая что сугробы здесь были выше его роста. А уж когда Акимов залил им с Антошкой небольшие горки, оба ребёнка от восторга едва не визжали. Оба пихались, залезая на вершину, стараясь друг друга обогнать. Сыну, конечно, было сложнее, учитывая, что ползать толком в зимнем комбинезоне он не мог. Но он старался, не позволяя никому себе помочь.