— Мартина, дай и нам время — усвоить то, что ты придумала, — попросил Рик.
— Нетушки! — решительно сказала рыженькая. — Времени у нас как раз и нет. Через пять минут появится Норман — то бишь его высочество, то бишь магистр Норман… Фу-у, не выговоришь. В общем, он сейчас явится, а мы не готовы.
— Хорошо, — сказал Александр, — мы не всё поняли, но если ты считаешь, что надо начать что-то делать — начинай, а мы за это время…
— Болтуны… — пробормотала Мартина и посмотрела на Синд. — Ой…
Синд, сложив руки на учебном столе, щекой на руки сладко спала. Компания переглянулась.
— Ничего, — бодро сказала рыженькая. — Она же не увидит, какой станет?.. Не испугается? Значит, ничего страшного. Мы и без её участия сейчас всё сделаем! Эх, жаль, я платье для неё не сообразила принести!
На голову спящей Синд общими усилиями и осторожно натянули парик — и показали кулак хихикающим над их проказой, как те полагали, соседям. Мартина аккуратно расчесала слежавшиеся волосы парика. Затем она вынула из своей сумки косметичку и вывалила мелочь на стол. Парни с интересом следили за нею. Для начала рыженькая скомандовала братьям немного поддержать крепко спящую Синд за плечи, — и намазала ей губы самой яркой помадой из своих запасов. Затем маслянистым карандашом подвела ей верхние веки.
— Мартина, — предостерегающе сказал Александр. — Друзья принца вошли.
— Я и так спешу, — буркнула увлёкшаяся маскировкой рыженькая. — Всё, кладите её.
Затем из сумки Мартины появился легчайший кружевной шарф, с сиреневыми цветами на синем фоне, укрывший плечи Синд. И под конец рыженькая облепила волосы парика яркими цветочными заколками.
— Выпросила у травниц со второго курса, — объяснила она шёпотом, то и дело уже всполошённо поглядывая вниз, на стол лектора.
— Почему такой кричащий шарф? — недовольно спросил Александр. — Цвета ужасные. Глаза режет.
— Поэтому и взяла, — самодовольно сказала Мартина. — Чем всё ярче, тем меньше Синд похожа на ту себя, которую видел его высочество, ясно?
— Будим её? — встревоженно сказал Бреки. — Пришёл.
— Не надо, — прошептала Мартина, настроенная по-боевому. — Пусть спит. Теперь — последний штрих. Пока спит — пересаживаемся, чтобы Синд оказалась с краю.
— Зачем?
— Синд надо оставить на конце скамьи. Напротив нас — как раз группа травников. Пусть, если что, думают, что ей места не хватило. А мы сдвигаемся к противоположному краю — типа, она не с нами.
— Мартина, а ведь ты этот… Как его… — затруднился Бреки. — Постоянно путаю — тактик или стратег?
— И то и другое! — заявила рыженькая. — И вообще… Ты же не думаешь, что я просто так отсиживаю часы на практикумах по боевой магии? Там нас учат многому — в том числе и разработке всяких военных действий.
… Фернан и Эймери, как телохранители принца, действительно вошли в аудиторию первыми, окинули цепкими взглядами притихших первокурсников. Фернан остался у стола лектора, присев на стул сбоку, а Эймери вернулся к двери.
— На верхнем ряду — все четверо, — усмехаясь, сообщил он. — Травника не видно, но с краю сидит кто-то — не разгляжу. Возможно — он.
Он пропустил Нормана впереди себя и последовал за ним.
Первый курс словно затаился, а потом взорвался шепотками. Всем было интересно: сам принц будет вести у них историю Архипелага!
Норман вошёл спокойно, сразу положил на стол конспекты и, как будто так и надо на первой лекции, стремительно поднялся на верхний ряд, к компании, которая обмерла при виде него… Точно. Все, кроме белоголового травника, здесь.
— После этой пары… — сказал он и чуть споткнулся при взгляде на хорошенькую девчонку, которая до сих пор лежала за столом, опустив голову на край столешницы: та сонно подняла голову и вдруг вскочила сесть прямо, хлопая на него испуганными глазами. — После этой пары все… — Он заглянул в глаза каждого, — четверо явитесь на кафедру истории. Я выразился понятно?
— Понятно, — тихо отозвался за всех золотистый дракон.
А рыженькая вдруг опустила глаза и попыталась спрятать улыбку.
Норман ничего не понял. Мог бы и сообразить спросить, что она смешного увидела в этом его приказе. Но… ему было не до рыженькой. Он вдруг остро пожалел, что однажды поклялся не гулять с девушками-первокурсницами. Хорошенькая девчонка-травница, последнее — судя по цветочным заколкам в русых волосах, растерянно смотрела на него, слегка полуоткрыв небольшой рот, с которого неплохо бы снять излишне яркую помаду. Да и глаза… Светло-голубые, они как-то плохо гармонировали с грубоватыми чёрными стрелами по верхним векам… Вообще, странная внешность: волосы русые — взъерошенные со сна, а брови такие светлые, что почти белые. Странно, что девчонка не намазала брови подчеркнуть их — при том, что, кажется, увлекается этой дурацкой косметикой… Норман чуть не мотнул головой, отгоняя странное впечатление, что он уже где-то видел эту студентку…