— Как тогда, на моей первой лекции у вас? — задумчиво спросил Норман.
— Да, — просто сказал девушка.
— Си-инд!! — приветственно заорали из комнаты и, ойкнув, зашикали друг на дружку при виде принца.
Тот кивнул всем, дошёл до стола, водрузил на его краешек книги и, мельком осмотревшись, вышел из комнаты. А ребята набросились на Синд с расспросами. Правда, их волновало не только то, что случилось в кабинете общежитского еачальства.
— Синд, мы принесли много-много вкусненького! — подпрыгивала Мартина. — Слушай, как здорово — ты единственная, у кого есть своя комната, не считая Александра! Теперь мы можем не бояться приходить к тебе! А ещё мы принесли тебе…
— Подожди, Мартина! — засмеялся Рик. — Ты потом про еду расскажешь. Синд, как прошло разбирательство? Что решили? Тебя оставляют в этой комнате, или ты вернёшься к сёстрам, в их роскошные апартаменты?
Девушка хорошо помнила, как неуютно чувствовали себя маги-стихийники в апартаментах её сестёр-грубиянок, когда им приходилось прибегать, чтобы сообщать Синд об изменениях в расписании, например. Поэтому она усмехнулась:
— Обижаете, стихийники! А моя комната — чем не апартаменты? Сестёр нет — посмотрите только, какая свободная комната!
А потом они засели за стол, устроили студенческую пирушку из печенья и молока, а потом спохватившийся Александр вытащил кусок ветчины — и вдруг оказалось, что счастлива не только Синд! Теперь они всегда смогут вволю наболтаться, не боясь ничего и никого!
… Норман заглянул в библиотеку. Его приятели попрощались с библиотекарем травников и вышли следом за принцем. Фернан молчал, но Эймери был нетерпелив.
— Норман, ты ведь не зря пошёл с нею. Зачем? Хотел поговорить? Но вернулся очень уж быстро. Что случилось?
— В комнате её дожидались друзья, — рассеянно ответил принц.
Некоторое время они шагали в молчании, пока Фернан не заметил:
— Почему ты взял книги? Ты хотел уйти сразу по окончании заседания, но выждал, пока она не выйдет с книгами. Девушка, конечно, странная и себе на уме… Но…
— Поэтому и остался, — буркнул Норман. — Я проверил книги, которые она взяла.
— Запомнил названия? — не поверил Эймери.
— Нет. Я проверил, что её заинтересовало в этих книгах. Она не слышала, что я вошёл в библиотеку сразу за нею. Она сказала, что в этих книгах ей нужно совсем немного, и это немногое она сможет быстро выписать и почти сразу вернуть книги. И мне стало любопытно, что же это. — Он замолчал, вспомнив, как поднимался по лестнице и украдкой провёл ладонью по корешкам книг, «вслушиваясь» в них в поисках следов: Синд, как многие студенты, пальцем вела по нужным ей строкам. — Для начала: я вам ещё не сказал, что она настоящий боевой маг. Думаете, в бою на Тартаре я только прикрывал её? Нет, она дралась наравне со мной. Теперь же я выяснил, что она очень интересуется некромантией. Во всех этих книгах, которые она взяла, есть сведения о травах, которые используют при некромантских ритуалах. И мне это не очень нравится.
9
С одеждой разобрались быстро: с Синд сняли мерки, взяли один её ботинок, подошва которого ещё держалась без проволоки, и Мартина с добровольными телохранителями магами-стихийниками (чужая стипендия!) умчалась в студенческую лавку. Синд и сама бы сгоняла, но — не босиком же… Пока она летала по своей комнатушке, разбираясь с собранными травами и приглядываясь, как их разложить и которую траву в каком месте сушить, Александр взял её оружие и внимательно его разглядывал.
— Синд, чьё оно?
— Моё. Кинжал — папин. А меч он мне сделал по руке года три назад.
— Твой отец воевал на архипелаге?
— Да, он был среди добровольцев.
— Хорошее оружие, — отметил Александр и больше ни о чём не спрашивал, почувствовав, что Синд говорить о войне не хочется.
А девушка заварила ему ещё укрепляющих трав и велела пить по два глотка через каждые две минуты, объяснив, что сбор будет лечить золотистого дракона с каждым глотком по-разному. Ведь травы отпускают в горячую воду не сразу все ценные вещества.
— Нам на лекции сказали, что это называется «вторичная экс-трак-ция». — Последнее слово Синд старательно выговорила по слогам и засмеялась. — Вот какие словечки я теперь знаю!
— Тебе самой ведь три дня дали на лечение? — медлительно спросил Александр, помогая ей переставлять стол ближе к окну.