Через час я уже входила в квартиру эль-Хади, где меня встретила Марта, а я невольно стала свидетельницей разговора.
– Амир, мой сынок, вопрос не в этом, пойми меня верно. Он потерял мать, и не стоит лишать его отца, даже на такой срок. И будь Ильяс не так привязан к матери, а к другим бы легче шёл на контакт, то проблема сама собой отпала. Но ты сам видишь, что происходит. Так, как ты собираешься поступить будет неправильно, – доносился из столовой взволнованный голос Далилы.
– И что ты предлагаешь? – Раздраженно спросил Амир.
Ответ женщины я не услышала, потому что в это мгновение заплакал Ильяс.
– Ох, бедный мой мальчик. Ты знаешь, Лейла, он у нас спит по пол часа и просыпается, никто не может его успокоить. Даже у Амира на руках уже не находит покоя. Спасибо тебе, милая, что пришла, – Марта с благодарностью смотрела на меня, и приняла из моих рук пальто.
– Я не могла не прийти.
Оставив сумку в прихожей, направилась на голоса. С моим появлением в столовой повисло молчание, лишь один Ильяс разревелся больше прежнего. Ни на кого не глядя я подошла к племяннику и забрала его из рук мужчины. Мальчик все ещё продолжал плакать, но с рук уходить не спешил.
– Он голоден?
– Нет, дочка. Совсем недавно поел, правда очень плохо, – первой отозвалась Далила.
Её обращение «дочка» прошли мимо моих ушей. Я даже не акцентировала на нем внимание. Зато недовольные слова Амира не прошли мимо.
– Ты зачем пришла?
– Это я позвала Лейлу, – вмешалась Марта.
Теперь понятно, почему все были удивлены моим появлением. Видимо обратиться ко мне за помощью была лишь её инициативой.
– Я пойду в детскую, – спокойно произнесла я и с малышом направилась в его комнату.
Ильяс ещё долго не мог успокоиться. Видимо, ему нужно было время, чтобы понять, я рядом и никуда уже не денусь. Когда мальчик перестал плакать и тяжело дышать, я смогла его накормить и уложить спать. Все это происходило в детской, и никто за это время к нам не смел заходить. Лишь Марта разок приоткрыла двери, чтобы передать нам кашу и бутылку молока.
Ильяс спал на моих руках, а стоило мне его переложить в кроватку как тут же просыпался и заливался слезами. С третьей попытки мои усилия увенчались успехом, и я сумела оставить малыша, чтобы выйти из комнаты.
Мне захотелось в туалет, и я рада была, что смогла ненадолго отлучиться. Когда я вышла из уборной, Марта пригласила меня к столу, накормила и сказала, что Амир ожидает меня в своем кабинете.
В кабинете, так в кабинете. Я убедилась, что Ильяс ещё спит и только после этого направилась к эль-Хади. Я постучалась в дверь и после короткого «входи» ступила на порог комнаты.
Амир был не один, с ним находилась Далила. Оба напряженные, но при виде меня женщина смягчилась в лице.
– Присаживайся, Лейла, мы уже закончили, – с этими словами она бросила короткий взгляд на сына и покинула кабинет.
– Я благодарен, что ты помогла. Уверяю, это был последний раз, когда тебя вызвали, – официальным тоном начал он разговор.
– Меня не вызвали, а попросили прийти. К тому же я, итак, собиралась это сегодня сделать, только чуть позже, – немного раздраженно ответила я.
Чего уж скрывать, мне не понравилось его «вызывали», звучит так, словно я чужой человек.
– Правда? – С сомнением полюбопытствовал он.
– Да. Я снова прошу взять меня няней для Ильяса.
– Ты уверена в своём решении? Имей в виду, обратного пути уже не будет.
– Да. Я понимаю.
– Учеба?
– Я уже решила этот вопрос, сегодня закрываю семестр.
– Хорошо, потому что, ввиду последних обстоятельств, я не намерен тебя снова отговаривать. Мы составим контракт, по которому тебе практически невозможно будет его разорвать до истечения оговоренного срока. В противном случае, тебе придётся заплатить большую неустойку.
– Контракт, – ещё один момент, о котором я не подумала.