Как верить, когда единственное что говорит врач это безнадежное- «Крепитесь!»…
Маша отчаянно хотела верить… Нет, не так. Она очень хотела — Верить!
Но не получалось…
— МаМася, ты патесь? — слабые пальчики пробежались по мокрым щекам. — Не пать! Я ф тобой!
Маша улыбнулась, сдерживая очередной отчаянный всхлип.
— И я с тобой солнышко…
— Мы, скази… Мы ф тобой. Ты и Надя.
— Ты права, мы с тобой! Все мы… Я, папа, Надя…
— И баба! — Ева чуть улыбнулась. — Баба тозе.
— И баба. — Маша нежно погладила малышку. — Мы очень сильно любим тебя, Ева.
— И я лублу. Синя-синя.
Ева задремала, а Маша так и лежала рядом с ней, не в силах отпустить её от себя.
— Маша! — тихий шёпот Андрея разбудил её. — Маша…
Видимо она уснула и сейчас с ужасом смотрела на пустое место рядом с собой.
— Ева?! Андрей! Где Ева!
Паника удушающей волной скрутила внутренности и она вцепившись в него руками зажмурилась.
— Все хорошо, Маша. — Андрей сжал её в объятьях, прижимая к себе. — Все хорошо, Маша! Они нашли донора!
Андрей
Он не верил… Просто не мог поверить в чудо. Ева получила шанс на жизнь! Шанс на будущее…
Он не мог, но так отчаянно хотел верить и в тоже время боялся… Дико боялся что это сон.
Сейчас откроет глаза и снова попадёт в безнадежный ад больницы.
Он никому этого не желал. Никому.
Кто-то скажет- Карма.
Он виноват. Бесконечно виноват перед Дашей, ее родителями, Машей и конечно же Евой… Он страшно виноват. И готов искупаться свою вину всю жизнь.
Но не ценой жизни ребёнка! Это непомерная цена… Пусть его накажут! Только не Еву.
Но у Бога свои уроки.
И он, Андрей, усвоил свой. До конца жизни будет помнить угасающие глаза Евы и смертельную тоску в глазах Маши. И свое бессилие.
Деньги превращаются в фантики, когда ты не можешь спасти жизнь близкого. Абсолютно бесполезные фантики…
Перед Богом все равны. Все будут нести свой ответ.
Тебе кажется, что ты на коне, ты победитель. У тебя дорогая машина, квартира в центре города и может даже не одна. И все это становится не нужным когда оказываешься один на один с болезнью.
Мы приходим в этот мир босыми, босыми и уходим. Деньги всего лишь дарят удобство, комфорт, ощущение власти и вседозволенности.
Всего лишь ощущение…
Настоящая власть не у нас в руках, сколько бы денег на счету не было. Нет.
Сжимая в руках Машу, Андрей отчаянно молился, благодаря за помощь. Он Верил. Верил ему и он помог.
— Это правда, Андрей? Правда? — Маша неверяще смотрела на него сквозь пелену слез.
— Правда, Маш. Правда. Сейчас все будет хорошо. Обязательно будет хорошо. Главное — Верить!
— Да… Да! — Маша кивала, стирая слезы с щёк. — Я верю! Правда! Верю…
Глава 23
— Баба! — Ева протягивает руки к его матери и сердце сжимается от боли.
Девочки любят бабушку. Безумно радуются ей. И она их любит.
Это очень трогает…
Наверно так будет ещё долго. Может даже всегда.
Остро, больно, мучительно.
Говорят, что время лечит.
Врут. Время помогает притупится боли, помогает смириться, но не лечит. Лечит любовь.
— Ба-ба… — повторяет за сестрой маленькая Надя и Андрей зажмурившись, чтобы не разреветься позорно от избытка чувств, отворачивается от них.
Самый главный вопрос- Что если бы…, всегда будет висеть между ними. И в то же время он понимает, что не дай он тогда матери шанс на прощение, не было бы у его девочек такой любящей и любимой бабушки.
Настоящей. С вкусными пирожками, безмерной любовью, сказками на ночь.
Наверно права Маша. Нужно уметь прощаться с прошлым. Уметь прощать и в первую очередь прощать себя.
Только как это сделать?
Его вина огромна.
И он бы ушёл. Навсегда бы ушёл от них, чувствуя себя недостойным.
Но он не может. Не имеет права уйти, оставив своих девочек одних. Да и без них сдохнет он.
— Папа! — Ева повернулась к нему. — Смотли, баба мне класивую плинцессу купила.
— Па-па…, - стучала ложкой Надя по столу и улыбалась гордо демонстрируя свои два зуба.
— Принцесса очень красивая. — Андрей подхватил Еву на руки и поцеловал. — Только вы с Надей красивее всех.
— И мама?
— И мама конечно!
— Ну как ты, сын. — мама села рядом с ним, после того, как Ева подхватив свою принцессу поспешила в комнату.
— Хорошо. — Андрей открыл творожок и принялся кормить Надю.
— Надя вся в тебя. Словно с тебя списали. А Ева на Машу похожа стала. Как отрасли кудряшки, так просто одно лицо.