— Неужели ты не понимаешь? — спросил я, проводя рукой по ее виску к щеке. На ощупь ее кожа была мягче, чем я помнил. Ее образы скрашивали одинокие ночи. Каждый раз, когда у меня болел член, я удовлетворял свое страстное желание мыслями о том, как найду ее и сделаю своей.
— Я так сильно скучала по тебе, Генри. — Она прижалась ко мне всем телом, обнимая меня с нежностью, которую я хотел, и даже больше. Мой член пульсировал в штанах, прижимаясь к ее разгоряченному холмику, который был едва прикрыт этим платьем.
Я опустил руки вниз по ее бедрам и чуть ниже, под подол, мои пальцы скользнули под платье.
— Мне нужно отвезти тебя домой, потому что мы потеряли много времени, а я не собираюсь терять больше ни дня. — Я потянулся и открыл пассажирскую дверь. Усадив ее, я поцеловал ее в губы и быстро отодвинулся, чтобы сесть на водительское место.
После чего запрыгнул внутрь и завел двигатель. Повернувшись лицом к своему будущему, я увидел, что она смотрела в окно.
— В чем дело?
— Ты назвал свой ресторан в честь нашего приключения в тот день, — пробормотала она, потирая пальцы. Я взял ее за руку и сжал в своей. Она посмотрела на меня с вожделением, которого я ждал все эти годы.
Я убрал руку и заправил волосы ей за ухо. Глядя ей в глаза, я признался:
— Я хотел назвать его «Гретхен», но это вызвало бы слишком много вопросов.
— Ух ты. Генри, я не знаю, что сказать. — Она прикусила нижнюю губу, нервно глядя на меня.
— Скажи, что ты моя, и это все, что мне нужно.
— Это просто. Я была твоей задолго до того, как ты смог меня терпеть.
— Мог бы терпеть тебя? Я хотел тебя с того момента, как ты повернулась ко мне на стуле. Я потерялся в твоих глазах. Та поездка в лес разозлила меня. Как кто-то посмел попытаться отправить тебя на тот свет?
— Черт, ты всегда такой идеальный? — спросила она.
— Ради тебя я всегда постараюсь быть таким, — я наклонился и поцеловал ее еще раз, прежде чем пристегнуть ремень безопасности и уехать. — Нам нужно вернуться домой, потому что я хочу трахнуть и заделать тебе своего ребенка, но не могу сделать этого в грузовике.
— Мы могли бы, но, поскольку я девственница, то хотела бы, чтобы это было что-то особенное.
— Это объединяет нас, моя сладкая Гретхен. Ты — единственная женщина, которую я когда-либо хотел.
— В самом деле? Ты как мистер Сорвиголова в сети.
— Я позаботился о том, чтобы сообщить о своих планах на случай, если ты смотришь или читаешь. Клянусь, я думал только о тебе, и никакие твои слова этого не изменят.
— Я тоже никого больше не хочу, — призналась она.
— Хорошо, потому что я не собираюсь тебе этого позволять. — Я поцеловал ей руку, а затем мы направились в дом, который я построил для нас. Это было безумие, и я знал это, но я никого другого не хотел и никогда не захочу.
Мне показалось, что мы добирались до дома целую вечность. Я хотел заключить ее в свои объятия. Поэтому выскочил из машины и в мгновение ока оказался рядом с ней. Как только открыл дверь, я перекинул ее через плечо и понес в дом. Она ахнула, крепко прижимаясь ко мне.
— Не волнуйся, малыш. Я бы не допустил, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Гретхен
Я лежала у него на плече, и мне нравилось, когда он называл меня малышкой. Этот мужчина превратился в настоящее чудовище, и я хотела, чтобы он меня разорвал. Черт, внутри у меня все сжалось, и я надеялась, что он этого не заметит.
— Перестань извиваться. Мой член такой твердый, что я едва могу подняться по лестнице.
— Кто в этом виноват, пещерный человек? — пробормотала я, уткнувшись ему в спину. Черт, от него так вкусно пахло. Мне хотелось укусить его за задницу, но я была слишком далека от этого, поэтому лишь ущипнула его. Он зарычал, заставив меня захихикать — мой зверь.
— Пещерный человек? О, ты даже не представляешь. Я так долго ждал тебя, что собираюсь полностью переключить себя в режим зверя. — Он открыл дверь. — Экскурсия будет позже. Следующие два дня я буду держать тебя в постели, пока мы оба не успокоимся и не почувствуем боль.
Он, не теряя времени, повел меня прямиком в свою спальню, по пути сбросив с меня туфли. Я вздрогнула, представив, на что будет похоже, когда он овладеет мной. То, как его сильные руки обхватили мои бедра, подсказало мне, что это будет страстно. Его руки скользнули по моей спине, слегка сжав ее, прежде чем обхватить меня за талию, опрокинуть на кровать и забраться на меня сверху.
— Прошло так много времени с тех пор, как мы были в таком положении, и результат будет совсем другим. — Он прижался ко мне губами, принимая мой поцелуй. Я застонала, мое тело сотрясалось от нетерпения. Я приберегла все свои подростковые гормоны для этого мужчины. Все эти годы мои оргазмы были для него. Я потянула за его серую рубашку, ощущая под ней кожу. Генри схватил ее и стянул через голову, обнажив свою широкую грудь. Я не могла удержаться и погладила твердые грудные мышцы. Моя бледная кожа выделялась на фоне его слегка загорелой плоти. Я подняла голову и поцеловала его в область сердца. Стон и дрожь пробежали по его сильному телу, когда он оперся руками о матрас.
— Ты много времени проводил на солнце без рубашки, не так ли? — я шутливо обвинила его.
— Колоть дрова на заднем дворе может быть жарко, особенно когда я представляю, как ты наблюдаешь за мной с балкона. — Откровения о его фантазиях, в которых я участвовала, только усилили потребность быть желанной для этого мужчины, принадлежать ему и любить его.
— Я бы с удовольствием посмотрела, как ты рубишь для меня дрова, — призналась я, прикусив нижнюю губу от видения, возникшего в моей голове. — Поцелуй меня, пожалуйста. — Он опустил верхнюю часть тела и оперся на предплечья.
— Я мог бы целовать тебя вечно, — прошептал он в нескольких дюймах от моих губ, прежде чем сократить расстояние и дать мне то, о чем я просила, завладев моими губами.
Глава 4
Генри
Я мог бы целовать ее весь день и всю ночь, но мне нужно было взять то, что принадлежало мне, и потребовать невинность, которую она сохранила для меня. Мое тело горело от страстного желания только к ней, и мой контроль был доведен до предела. Я думал обо всем порно, которое смотрел за эти годы, и чертовски надеялся, что не испортил этот момент. Я ни за что не собирался становиться порнозвездой и трахать ее до тех пор, пока она не кончит, но знал, что если смогу хотя бы заставить ее кончить своим языком, то не буду таким жалким ослом.