Я вижу преданность, восхищение, доверие, чувствую между ними безмерное уважение друг к другу, заботу и через черный грифель хочу передать все это на бумаге. Интересно, а возможно ли что-то подобное и в моей жизни… любовь, что сильнее чувств и разума, она на уровне единения душ. Достойна ли я этого…
Их шарж не будет смешной, я стараюсь сделать его теплым, трогательным и красивым, такими, как я вижу людей перед собой. В них, так много любви, что она затрагивает и меня и заставляет быть счастливее. Это так прекрасно!
Я веду линии по бумаги, которые идут не от движения моей руки, а от самого сердца. Вот бы всегда рисовать только счастье и любовь, но нас в Академии учат, что искусство не может быть плоским, оно должно идти вместе с человеком на протяжение всего его жизненного пути, передавать страдания, боль, победы и поражения, жизнь и смерть, любовь и похоть, последнее кстати продаётся лучше всего.
Спустя тридцать минут они уходят, оставив щедрые чаевые и очень довольные результатом, как и я.
Наконец-то, появляется Эмма и несет мне итальянское мороженое джелато, оно и будет нашим завтраком, хотя время уже ближе к обеду. Флоренция - место рождения мороженого, здесь просто нереально много заведений где его продают и видимо Эмма обошла их все, раз ее так долго не было. Желудок уже просто сводит от голода.
- Эмма, я думала умру от голода и не дождусь мороженного, - говорю и скорее забираю холодное лакомство. – Ммм, как же вкусно, его стоило так долго ждать!
- Прости, я зацепилась языком с donna Паолой и забыла про счет времени, знаешь ли у нее отличное чувство юмора, то, как она шутит, про умершего мужа, просто восторг! - на последней фразе я закашлялась, подавившись и посмотрела на подругу, совсем не разделяя ее так называемого восторга. Эмма тоже откусила мороженое и облизав губы продолжила рассказ, - Ты, представляешь, она говорит, что ее муж был настолько ужасен в постели, что ему следовало покинуть ее намного раньше, а не в глубокой старости, теперь, когда она не может привлекать мужчин своим телом и вкушать все радости интимной жизни. А еще …
- Эмма, нет, умоляю, давай я хотя бы доедим!
- Ладно, ешь, потом я все равно тебе расскажу, там сама интересная часть, про его стрючок!
- Non ho le parole! - У меня нет слов! – ответила я подруге переходя с английского на итальянский.
- Buonissimo, - очень вкусно – сказала Эмма смакую подтаявшее мороженое.
Итальянский замороженный десерт из свежего коровьего молока и сахара, с добавлением ягод, орехов, шоколада и свежих фруктов был и правда выше всех похвал и поэтому я растягивала удовольствие и наблюдала за прохожими мимо нас туристами.
Неожиданно под звук шестиструнной гитары на площади появилась группа девушек. Они были одеты в национальные яркие красные с черным юбки, расшитые цветами и в белых свободных рубашках.
Девушки держали в руках красные розы и раздавали их пританцовывая туристам, а те открыв рты смотрели на улыбающихся задорных красавиц и были очарованы их лёгкости и грацией. Парень бренчал на гитаре веселый мотив и некоторые захваченные этим действием люди, даже хлопали в ладоши. Так это выглядело для всех со стороны, но вот, что видела я.
Девушки объединившись по трое, а иногда по двое окружали человека и делали вокруг него разные, резкие движения руками, то вверх, то вниз, то в бок, в общем так, чтобы за этим сложно было уследить, и пока расслабленный человек ждал момент, чтобы получить цветок танцовщицы из его карманов, сумок так же играющее вытаскивали все ценное, в ходу даже были фотоаппараты, висящие на груди, которые они с лёгкостью отстёгивали и забирали.
- Красиво танцуют, - заметила Эмма, тоже наблюдая за представлением, но не видела воровства. Почему его видела именно я, потому что сама так делала много раз. Туристы уходили с площади довольные и ничего не подозревающие о том, что их только, что подчистую обокрали.
Я успела нарисовать еще несколько шаржей перед тем, как начало смеркаться и в городе зажглись фонари. Мы собрали вещи и довольные пересчитывав заработанные деньги, которых сегодня было аж целых двести тридцать евро пошли в общежитие.
- Darling, если честно я до последнего не верила, что ты сможешь вот так работать на улице. Ты для этого какая-то не такая, - сказала подруга закуривая сигарету, как было ей сказать, что я именно такая и если бы не Ангел, то и закончила я где-нибудь тоже на улице.