- Мне все нравится, не переживай за меня. – сказала я, рассматривая небо над старым городом, еще немного и небо из бархатно-синего с розовыми нотками станет угольно-черным. Прекрасно.
- Да, я не за тебя переживаю, а за наш заработок, - какая забавная и заботливая лентяйка, однако моя американка.
- Правда? Но, вроде у нас не плохо получается и потом, ты бы тоже могла рисовать.
- Darling, если честно, то рисовать мне мешаешь ты, поэтому я не буду, - она сделала большую затяжку и кольцами над собой выпустила дым, захотелось ей аплодировать.
- Эмма, и как же я тебе мешаю?
- Нет, darling, не ты, я хотела сказать твое мастерство, по сравнению с ним, я просто ничтожество. – ну конечно, так Эмма выражала не восхищение моим талантом, а пыталась спрятать свою лень, я-то это знала.
Поднявшись на второй этаж общежития, я не сразу заметила в плохо освящённом коридоре человека, который тоже заметил нас и пошел на встречу с другого конца.
Приближаясь к нам шла моя одногрупница из Англии Линда. И нет, она была совсем не из тех, высокородных и благородных членов английской аристократии, что мы привыкли видеть по телевизору.
Линда, была высокой, мужеподобной и даже экспрессивный вид Эммы не мог соревноваться с множеством татуировок, обилием пирсинга девушки и чересчур ярким макияжем.
Она настолько сильно рисовала черным карандашом брови, что сначала ты обращаешь внимание именно на их, потом на желтый цвет толстого слоя тонального крема, ну, а после на розово- фиолетовые губы, четкий контур которых никогда не имел значения для Линды. В черных больших кроссовках, белой майке с британским флагом и множеством цепочек на ремне джинс девушка выглядела угрожающе, но при этом всём была очень талантливой.
- Пришли значит, - сказала Линда, не здороваясь вынимая руки из карманов.
- А ты что ждала нас? И зачем? – ответила Эмма, делая к ней шаг на встречу.
- Я пришла поймать крысу и поймала тебя, Венера! – высоченная и здоровенная девушка приблизилась ко мне нависая и заполняя собой все пространство. Она была настроена очень враждебно, конечно, Линда никогда не отличалась дружелюбием, но сейчас ее агрессия была направлена не просто в Мир, а именно на меня.
- И что же ты от меня хочешь, - спросила я, понимая, что ничего ей плохого точно не сделала.
- Вчера я оставила в нашей мастерской на первом этаже учебного корпуса свою картину, чтобы она смогла досохнуть. Эту картину я писала на заказ три месяца подряд и за нее мне должны заплатить десять тысяч евро. Но, вечером я пришла ее проверить, но картина исчезла.
- И что дальше? Отвали от нас! При чем тут Венера? – Эмма, сильно возмущённая попыталась встать между нами, но Линда сильной рукой оттолкнула ее не позволив.
- При том, что я пошла к охране и в этот день, только ты брала у них ключи, чтобы что-то там взять. Я посмотрела по камерам, и только ты Венера выходила из мастерской в руках с большой холщовой сумкой и через ткань торчали острые края полотна, - она на своем чистом британском английском говорила, так, как будто быстро жевала жвачку, которую постоянно старалась выплюнуть.
- Линда, я не брала твою картину, я действительно ходила, но только потому что у меня закончилась бумага, а новую я не успела купить, поэтому немного позаимствовала там. То что проступает через сумку, это края папки, в которой лежат листы формата А3.
- Венера, мне все равно, либо ты возвращаешь мне картину, либо десять тысяч евро! Иначе я сообщу на тебя на кафедру, а еще жандармам и передам доказательства. У тебя ровно пять дней, время пошло, - сказала она словно выносила мне приговор и прошла мимо на последок подарив презрительный взгляд.
- И откуда у этой суки могут быть вообще такие заказы! – сказала Эмма в спину уходящей девушки, - Забей на нее, пусть катится к черту! Она ничего не получит!
- Эмма, но у нее есть доказательства, думаю она действительно сделает, то что сказала. Я не могу допустить, чтобы об этом узнали мои родные, просто не переживу этого позора.
- Слушай, ты же не виновата, чего парится!