Но, мне было этого мало, поэтому я пахала, как проклятая и занималась днем и ночью сидя над учебниками, я не пропустила ни одного занятия с репетиром и после, того, как Ангел устроила меня в закрытую частную художественную школу, уже к концу учебного года мои оценки были лучшими в школе.
Мне было очень тяжело физически справляться, к этому добавилось еще и то, что богатенькие дети не видели во мне равную и постоянно пытались задеть или унизить, но вот только они не знали, что я уже побывала на дне и их слова меня нисколько не ранят. Я хотела лишь одного оправдать ожидания Ангел и доказать ей, что я достойна ее внимания.
Ангел и Степан, кстати, тоже прекрасный человек и невероятно талантливый художник поженились и у них родилась прекрасная дочь Афелия. Да, Ангел такая, выбор имени был очень неординарный, но спорить с ней никто не осмелился. Даже богатенькие родственники со стороны Степана, как и сам отец ребенка. Афелия Степановна звучит очень забавно, но Ангел все равно на это.
Союз этих двоих напоминал лёд и пламя, но не так где двое пытаются погасить друг друга, а там, где каждый закаляет свою половину делая этот союз прочнее. У них своя собственная гармония любви, где есть страсть, понимание и трепет, а еще я. Да, я стала частью их семьи, чем бесконечно горжусь, наверное, это мое самое большое достижение.
Закончила я художественную школу с отличием, Ангел и Степан бесконечно гордились мной и все время на выпускном говорили маленькой Афелии, какая у нас Венера молодец, посмотри на нее, какая у тебя умная старшая сестра. Если до этого, в моем душе еще были черные пятна оставленные прошлым, которые не болели и не напомнили о себе, а просто всегда были со мной, то эти слова, как живительный эликсир исцелил душу и стер черные пятная.
Простые слова самых близких людей вылечили меня окончательно. Помню, как я долго рыдала тогда, по очереди, то на плече у Ангел, то у Степана, а маленькая Афелия гладила меня все время по руке и говорила, что не нужно плакать. Такая она славная.
Ангел сказала, что после окончания школы передо мной все дороги открыты и если я не хочу заниматься живописью или быть связанной с искусством, то она не будет настаивать и поддержит меня. Но мне всегда нравилось проводить время со Степаном в его художественной мастерской и видеть, как он словно погруженный в транс создает уникальные шедевры. Я любила сидеть с Ангел в ее галереи и ходить на выставки, любила бывать в гостях у такого же творческого нашего друга художника Эдварда, и под звук старых виниловых пластинок пить чай и рассуждать о цветах и формах.
Поэтому я решила продолжить учится и дальше искусству, тем более Ангел всегда хвалила мои работы, а Степан, говорил, что это новый подход в живописи, который ему совершенно точно нравится.
Сделав пару звонков Ангел начала вместе со мной готовить документы для учебной визы и для поступления в Академию изобразительных искусств во Флоренции. Эта академия входит в число наиболее престижных в Италии. Сама Ангел тоже ее заканчивала и поэтому была рада, что я пошла по ее стопам.
Единственное, она очень сильно сомневалась отпускать меня одну так далеко и надолго, но мы вместе со Степаном смогли ее уговорить. Единственным условием стало, то, что я всегда должна отвечать на ее телефонные звонки и, если будет хоть один пропущенный вызов, Ангел приедет и заберет меня.
Я уже отлично знала английский и вообще языки мне давались легко, поэтому буквально за пару месяцев до отъезда в Академию я уже не плохо говорила на итальянском. Язык пламенной страсти поддался мне без особых сложностей, так как будто я была рождена говорить на нем.
Первый учебный год был очень тяжёлый, жизнь в общежитие, интернациональные друзья со всего Мира с которыми мы постоянно спотыкались об языковой барьер и куча дополнительный занятий помимо основных лекций. Они по программе были не обязательные, а скорее носили информационный характер, но я знала, что за все это Ангел запалила баснословные деньги, поэтому просто не имела права пропускать хоть что-то. Мои же одногрупники тем временем гудели и веселились, не желаю тратить только на учебу студенческие годы. Конечно, я их понимаю, что еще делать, когда тебе девятнадцать!