- Ангел, сказала мне в больнице, что ты всегда выберешь ее…
- Конечно, она права, я всегда выберу ее, - объятия мужчины стали каменными, он сильно напрягся, но я тут же продолжила, кутаясь в его руках, - Это все потому что, в моем сердце у нее есть свое особенное место, но это не значит, что его нет у тебя тоже, поэтому просто будь рядом. – он поцеловал меня в волосы, и потом стал зарывается в них носом. Я чуть отодвинулась от Давида и прикоснулась пальцами к его губам ощущаю на них теплое дыхание, - Какой бы ты не был, для меня ты самый лучший.
Он смотрит внимательно и молчит, сжимает меня чуть сильнее, а потом его руки в моих волосах, настойчиво привлекает меня к себе, наши губы наконец-то соприкасаются в долгожданном поцелуи, он вбирает по очереди мои губы, скользи языком по зубам, я впускаю его и со стоном приоткрывают рот, а когда наши языки встречаются поддаюсь всем телом ближе, этот неистовый поцелуй, он делит мою жизнь на до и после. Мы оба тяжело дышим и уже хотим большего, как Давид делает судорожный рваный вдох и отстраняется:
- Я никуда тебя не отпущу! Ты моя, Венера! – говорит требовательно самый большой собственник в Мире.
- Все будут против нас. Твоя мама, Ангел, Степан, да и вообще все общество. – я была спокойна и знала на что иду, когда давала зеленый свет этим отношениям, но мне было важно, что думает об этом Давид, его враги и конкуренты будут радостно потирать руки узнав о нашей запретной связи.
- Мне все равно, я люблю только тебя, пусть катятся к черту те, кто посмеют посягнуть на мою личную жизнь. Моя Венера, я обещаю, что ты никогда не пожалеешь, что выбрала меня. Ты мне веришь? – спросил он и приподнялся на локте нависая надо мной, наверное, это самый главный вопрос, на который я должна была ответить, потому что без полного и безграничного доверия отношения между нами были бы просто невозможны, и мы оба понимали этого.
- Да, - сказала я, наблюдая, какими расширенными зрачками он смотрит на меня, а потом решила сменить тему на более пикантную, но не менее важную для меня, - Только вот у меня есть один вопрос, и я надеюсь на твою честность. Когда между нами была близость кого ты приставлял себе в этот момент?
- Я не помню той ночи, но скорее хочу повторить, чтобы насладится тобой, моя Венера, но я не буду тебя торопить, все будет так и только тогда, когда ты сама этого захочешь, - в глазах мужчины был неподдельный довольный блеск, - А почему ты спрашиваешь?
- Потому что между нами были слишком откровенные ласки, например, ты целовал меня там, где обычно не приятно. – спросила я краснее настолько, что даже уши стало жечь.
- Правда? Хм, ну значит совершенно точно, я представлял в этот момент тебя, потому что не одну женщину до этого я не ласкал языком. Я не помню этого, но готов снова повторить, хочешь или боишься? – спросил, опуская взор ниже на мою хаотично вздымающуюся грудь.
- Боюсь… - ответила я честно, - Давид, на что похожа твоя любовь?
- Это сложно описать, потому что это слишком мощно. Хочу ненавидеть тебя до боли, придушить, когда ты споришь, смотришь высокомерно, хочу залезть тебе под кожу, в кровь, сделать тебя зависимой от себя, чтобы на себе почувствовала, как это. Хочу, чтобы моя страсть разрывала тебя изнутри, бурлила. Хочу спрятать тебя от всего Мира, сделать навсегда только своей. Любить тебя до твоих криков и стонов. Ты породила во мне ураган эмоций и чувств, и каждая из них принадлежат тебе. Ты мой Мир, Венера, мое спасение, мое долгожданное счастье, все твои проблемы мои, вся боль, страхи, я все заберу, чтобы ты была счастлива, чтобы тебе было хорошо со мной, чтобы ты никогда даже и подумать не могла о том, чтобы оставить меня.
Горло сдавило от слез, я впервые слышала эти слова, от того, кого так долго и мучительно любила. Давид смотрел на меня внимательно я одной рукой скомкала простынь тоже сосредоточившись на его лице хотела остаться в этом моменте. А потом я подняла руку и подгладила Давида по гладкой выбритой щеке. Он шумно вздохнул, а потом взял меня за запястье и поцеловал там, где бился пульс.
Давид поцеловал меня в шею и мурашки пробежали вдоль позвоночника, я ахнула и сильнее вцепилась в плечи мужчины. Ловки руки он потянули за край футболки и невесомые поцелую прошлись по ребрам, тонкой коже груди. Жесткие губы коснулись соска и вобрали в себя полностью, одной рукой Давид держал равновесие второй освобождал меня от джинс. Потом приподнялся и губами коснулся шее, ключиц, он хотел целовать меня везде.