Обсудив ход событий праздника, мы решили устроить «День наоборот». Учителя поменяются местами с учениками не только на уроках, но и в повседневной жизни школы. Мы придем на уроки в деловых костюмах, а они в школьной форме. И звать нас будут по имени отчеству, а учителя будут просто Настюшками, Олюшками, Вадиками. Концерт определились провести по такому же сценарию: истории из школьной жизни наших учителей. Так как многие педагоги являлись выходцами из нашей же школы, то не составит труда узнать о них от старого поколения учителей, собрать фотографии в подвале архива из выпускных альбомов для стенгазеты и видео презентации. На разогрев мы подготовим танец с лицами учителей, а на финал трогательную песню.
— Вер, а что у нас по поводу предметов? Кто и что будет замещать? Ты уже подумала? — спросила Анастасия Владимировна, когда я складывала свою канцелярию для записей в рюкзак.
— Да, конечно, набросала примерный план. Посмотрите? — начала я доставать блокнот обратно.
— Нет, беги, а то на математику опоздаешь, Марина Петровна будет недовольна. Я итак тебя забрала с биологии и географии. Там пусть Исаев сидит, он же у нас за них ответственный? Напомню только, что вы замещаете седьмой и восьмой класс. На вас львиная доля концерта. Начальную школу заместят девятиклассники, а у пятого и шестого класса проведут уроки десятиклассники.
Да, он будет вести эти два предмета. — Вспомнила я про Ваньку и опять внутренне сжалась. — А я возьму физкультуру, можно?
— Конечно, Верочка. Нужно. Ты только в помощники возьми себе кого – то из парней, чтобы следили за поведением учеников. А вот и звонок! — над нами пронеслась звонкая трель, ознаменовавшая конец третьего урока. — Мне пора готовиться к уроку.
— Хорошо, и я пойду. До свидания, Анастасия Владимировна, — закинула я на плечо рюзказ и вышла из кабинета. — Если что, я на связи, звоните.
Под предмет физическая культура было выделено все правое крыло здания школы второго этажа. За пластиковой конструкцией белого цвета с матовыми стеклами и дверью находился длинный коридор, справа которого располагались раздевалки и учительский кабинет, а слева спортивный зал, занимавший два этажа по высоте: второй и третий.
Когда я вышла из кабинета классного руководителя, то обратила внимание, что с другой стороны двери спортивного отделения кто – то стоит, облокотившись на окно спиной. Разглядеть человека я не могла, из-за непрозрачности стекол, но силуэт был явно мужской. Во мне теплилась надежда, что это Исаев пришел с повинной. Собрав в тугой пучок свои эмоции, заправила за уши, выбившиеся на лицо непослушные локоны, вышла из коридора спорт блока и, не обращая внимания на стоящего, проследовала дальше к кабинету математики.
— Романова! — остановил меня не совсем ожидаемый голос. — Да постой же ты, куда рванула. — Я обернулась. Оттолкнувшийся спиной от пластиковой стены Царев, подошел ко мне, и продолжил. — Есть разговор.
— Мне сегодня прямо таки везет с собеседниками. Все хотят со мной о чем то поговорить. Я надеюсь, не о Скворцовой? — Царев явно удивился, потом его уголки губ незаметно поползли вверх, взгляд стал озорным.
— Нет, не о ней. Я хочу предложить тебе помощь.
— И что же это за аттракцион неслыханной щедрости, Кирилл? Я разве просила тебя о помощи?
— Нет, не просила, но я решил, что она тебе нужна.
— Быстрее к делу переходи. Мне еще нужно добежать на урок до третьего этажа, — Посмотрела на наручные часы и добавила, — у тебя три минуты.
— Ты справишься, о великий дистанционер Вера Романова. — Как отрезал, Царев. — У тебя сколько сегодня уроков еще осталось? Разговор долгий.
— Еще три, а потом останусь в актовом зале, нужно подумать по поводу декорацией на праздник. — Мимо нас проследовали девчонки из класса Царева, которые начали шептаться и хихикать при виде нас.
— Я забегу, поговорим. Сегодня, как я понял, Скворцову провожает Исаев, роль таксиста отменяется. Увидимся. — Царев повернулся и ушел обратно к спортивному крылу, оставив меня наедине с моим рыдающим навзрыд сердцем.
Три урока прошли как в тумане. Ванька, что то бубнил себе под нос, потом шептал мне на ухо, писал записки, о том, что я наглая и своевольная, но он все равно мне благодарен за то, что помогла ему с Маргаритой. Он и правда пригласил ее прогуляться после уроков и извинялся потом целый шестой урок, когда узнал, что мне придется одной заниматься декорациями и если бы я сказала ему об этом раньше, то он обязательно бы мне помог, на что я просто махнула рукой. Что – то объяснять и доказывать не имело смысла, подумала я.