В середине июля Вера переехала в съемную квартиру.
Она старалась заполнять пустоту книгами и фильмами. Но все чаще девушка просыпалась в слезах.
***
Я снова торчал у ее подъезда. Наш с Верой новый график был построен таким образом, что, когда у нее приходились дневные смены, я работал в ночь. Зато в ее ночные я был абсолютно свободен, и проводил вечера, карауля Белову в ее дворе.
Какое-то время я мог наблюдать Белову, выходящей из подъезда. Руки зудились от того, как сильно хотел ее обнять, зарыться пятерней в волосы. Но я просто смотрел. Ну как просто? Жрал ее глазами, ловил каждый взмах руки, движение головы. Однажды Вера обернулась и посмотрела прямо в упор, хотя вряд ли могла разглядеть меня сквозь глухую тонировку. Машину, кстати, я на днях купил новую. Так что знать, что я за рулем, Вера не могла. Не могла. Но стояла и смотрела, больше минуты. Выворачивая мне своим взглядом душу, будто раскаленной кочергой. Я уже тогда знал, что не откажусь от Веры. Но прийти к ней снова без четких ориентиров, увы, не мог.
Разговор с Катей, как обычно, не состоялся. Она продолжала провоцировать. А я уже перестал реагировать.
С Гором я поговорил. Распинался полчаса, доказывая, что между мой и бывшей женой уже давно ничего нет.
- Слушай, Темыч, я понимаю, что паршиво вышло, тогда. Ты вроде как друг мне, а я с твоей женой…
- Бывшей, Гор, бывшей.
- Не получилось у меня тогда. Не смог я. Мне Катя нравилась, еще до того, как вы с ней сошлись. А потом история эта. И вроде как свободна она.
- Не вроде, а свободна, - говорю не чувствую даже отголоска ревности.
- Я стал ухаживать, но… Не встал у меня, короче. На жену друга не встал.
- На бывшую, - снова поправляю.
- Да похуй.
Кате разговор передавать не стал. Зато поставил условие, от которого Катя пришла в ярость: я встречаюсь с Машкой без нее.
Старался выровнять ситуацию, как мог. Без Веры было хреново. Может мне нужна была эта передышка, чтобы мозги на место встали, но отказаться видеть Белову, хотя бы издалека? К этому я точно не был готов. И вот уже несколько дней чувствовал ломку. Приезжал исправно, но Веру не видел, хотя точно знал, что на работу она ходит.
Я ждал. А потом сорвался с места, в топив педаль газа до пола.
Проходную преодолел без проблем.
На моей машине работал Шахов, махнул ему, быстро приближаясь.
- Смолин, епта! – гаркнул тот, свешиваясь из кабины. – Каким ветром-то?
- Попутным, Мих, - машу рукой. – Где Белова?
- Белова? – хмурится. – На дальнем.
- Подкинешь?
- Подкину, а че нет-то. Залазь!
34.2
- Вер, подожди, - она обернулась. К девушке спешил Чернов.
- Привет, - отозвалась она.
- Привет. Я на подработке сегодня. Акимов на больничном. - Вера кивает, продолжая свой путь. – Ты из-за Смолина перевелась? Ладно, можешь не отвечать, - Ваня сопровождает все улыбкой, которая Вере не понравилась. – Я просто хочу, чтобы ты знала, Артем любит свою жену. Ты была временным увлечением.
- Зачем ты мне это говоришь? – острая боль пронзила Веру, но она старалась не подавать виду.
- Потому что ты мне нравишься, - просто ответил Чернов. – Хочу оградить тебя от Смолина. Он тот еще подонок, Вер. Вер! – Ваня обнимает ее за плечи, заставляет ее остановиться. – Я тебе не нравлюсь, да? Я, конечно, не такой накаченный и смазливый, как Смолин, но, как человек я намного лучше! – Вера могла бы поспорить, но вместо этого молчала, испытывая острую неприязнь от прикосновений Чернова. – Ты знала, что он изменял жене? Знала? – удивился Ваня, поскольку Вера продолжала молчать. – А то что он ей прохода не давал? Он бы и сейчас ее сталкерил, если бы она не начала встречаться с другим парнем.
- Вань, меня это не касается! – Вере казалось, что она ответила очень твердо.
- Очень даже касается, Вер. Смолин из тех, кто с легкость прощают себе ошибки, но никогда не прощают их другим. Он самовлюбленный скот, Вера. И с тобой он только потому, что ты целкой была. Ему претит мысль, что баба могла быть с кем-то другим! – Ваня повысил голос. Вера с ужасом оглянулась, но аллея была пуста.
- Ваня, пожалуйста…
- Вер, он будет отравлять тебе жизнь. Будет держать тебя на коротком поводке, в то время как сам будет продолжать ронять слюни на Катю! Ты временная для него! Он сам это говорил!
- Отпусти! – не выдержала Вера. Тряхнув плечами ей удалось освободится.
- Не будь дурой, Вера! – крикнул ей Чернов в спину. – У него, блядь, по-прежнему стоит на жену!
Веру буквально трясло. Слова Ивана набатом стучали в ее голове. До кучи, Вера чувствовала, что Чернов говорит правду.