- Ну, как сказать, - Артем ласкает ее, гладит. – Было бы больше времени, было бы добрее, - Вера улыбается.
- Иди в душ первым, я пока завтрак приготовлю.
Вера умылась в раковине, лишь бы утолить жжение.
Заварила кофе Артему и чай себе. Пожарила яичницу. От аромата у Веры потекла слюнка. Вчера она не брала в рот ни крошки.
- Малыш, беги.
Вера приняла душ. И воспользовалась тестом.
Смотрела на одну яркую полоску, а сердце щемило, будто Вера вдруг, потеряла что-то. Что-то важное. Необходимое, как воздух.
- Наверное, нужно еще подождать, - прошептала.
- Вера! Милая, мы опоздаем, - услышала она Артема. Щеколды не двери не было. Девушка, дрожащими руками, засунула тесты в выдвижной ящик. Вовремя, потому что дверь открылась. На пороге – Артем. Уже одетый.
- Вер, ты чего? – осматривает ее внимательно, ощупывает взглядом.
- Напугал, - улыбается Вера.
- Малыш, ускоряйся. Надо чтобы ты позавтракала.
Она кивает и ускоряется.
Артем отвозит ее к институту. Они целуются быстро. Смолин уже опаздывает, а у Веры еще тридцать минут до начала пары.
- Помнишь, что я сразу в сервис еду?
- Конечно, помню.
- Вера, - серьезный сейчас. – Обратно ты едешь на такси. Это ты тоже помнишь?
- На такси? – Вера делает удивленный взгляд, хлопает ресницами.
- Белова!
- Помню, помню! – снова быстрый поцелуй.
***
Артем ей писал. Вера отвечала между парами. Иногда невпопад. Смолин тут же спрашивал: «Что случилось? Все в порядке?»
В порядке ли? Это смогут сказать, только, четыре теста.
Вера не выдержала.
Отпросилась у старосты с последней пары, наврав с три короба.
Домой летела.
Она даже не разулась. Прямиком прошла в ванну. Выдвинула ящик. И осела на унитаз.
Свечка в сердце разгорелась с новой силой. Вера улыбалась сквозь слезы, не в состоянии отвести взгляда от ярких полосок. По две, на каждом тесте.
Ей захотелось позвонить Артёму. Просто услышать его голос, от которого крупные мурашки всегда бегут по коже.
Но тут телефон зазвонил сам.
Продолжая улыбаться, Вера извлекла телефон из сумки, что бросила на полу.
Но вместо имени любимого, на дисплее высветилось имя Ирины.
- Да?
- Вера, привет.
- Привет, - Ирина часто дышала, будто бежала куда-то. – Вер, ты только не волнуйся…
- Что? – Вера заволновалась. Сразу же, с бешеной силой. Сердце забилось в горле. Она подскочила на ноги. – Ира, что?
- Артема арестовали…
49.1
Руки, буквально, не слушались.
Тесты выпали из ослабевших ладоней и разлетелись по кафельному полу.
- Это какая-то ошибка, - говорит Вера. Только не понятно кому. Ира на другом конце провода сливает на нее огромное количество информации. Подробности. Но Вера не слышит. Не верит! – Ира, он писал мне меньше часа назад, слышишь? Это ошибка какая-то! – голос Веры крепнет, но тут же ломает под натиском Ирины.
- Я своими глазами видела, Вер, - таким голосом люди, обычно, извиняются.
Вера сбрасывает вызов.
Набирает Артема. Он не отвечает.
Вера звонит снова и снова.
- Это ошибка, - твердит. Себе, ему, в автоответчик. Веру трясет. Но, она упрямо сжимает зубы. Думать получается с трудом, яркая, единственная мысль в голове, неоновая: «это ошибка!».
Вера набирает матери.
- Да? – отвечает та.
- Это ты сделала? – Вера говорит зло. Голос вибрирует.
- И тебе, здравствуй, - Вере не до реверансов.
- Мам, это ты сделала? С Артемом? – ее мать молчит. – Мам, - сдается Вера. – ты знаешь, что Артема арестовали? – она пробует иначе.
- Знаю, - отвечает та, не меняя тона.
- Мам…
- Что? – Веру перебивают. – Что, мам? Он ворует с завода, Вера! Убытки на миллионы! – сердце Веру хрустит, как советская елочная игрушка, из тонкого, яркого стекла. – Взяли его, с поличным, между прочим! Ты как могла с ним связаться? – она кричит. – Ты не понимаешь, чем грозит ваша интрижка? Тебе? Мне? – Вера снова сбрасывает.
Утыкается лицом в колени. Ее глаза сухие, как никогда. Не время раскисать. Она поплачет, обязательно поплачет. На его плече.
Вера собирает тесты и убирает их туда, откуда взяла.
Берет сумку и выходит из квартиры.
По дороге она набирает Ирину.
- Ир, кто его забрал? И куда?
- Господи! Я не знаю, - ее голос дрожит. – Все на ушах. Никто не знает. Его «маски-шоу» брали, как будто-то он гангстер!
Вера стоит на перекрестке. В ушах стучит кровь, оглушая.
- Думай, Вера, думай, - шепчет. На нее оборачиваются прохожие. Вера снова набирает Артема. Слушает долгие гудки. Она даже не понимает, что плачет. Слезы просто катятся по щекам, закрывая обзор. – Соберись! – говорит громко.