Что значит соберись? Вера даже не знает, к кому обратится! Кому позвонить?
- Адвокат, - осеняет ее. Она берет такси и едет в контору.
Дверь закрыта. Вера стучала, пока не отбила руки.
- Пожалуйста, - кричала, пока не привлекла внимание.
- Закрыто уже, девушка, - пожилой мужчина в черной форме вышел к ней. – Завтра приходите, - закуривает, осматривая ее с головы до ног. – Полицию вызвать? – Вера уходит.
Бродит по улицам. Снова начинает разговаривать сама с собой. Снова набирает Артема.
- Пожалуйста, позвони, - всхлипывает. – Артем!
Стрелки встречаются на двенадцати.
В городе ночь.
- Да оставь ты ее, чокнутая.
- Зато конфета. Конфета! – кричат ей. Вера сидит на скамейке. Ее телефон полностью разряжен.
- Сможете вызвать такси? – спрашивает. Ее лицо опухло настолько, что губы не слушаются.
- Случилось что? – спрашивают Веру.
- Нет, домой надо.
- Сер, подвезем?
И Веру отвозят. К Артему домой.
- Эй, слушай. У тебя точно все нормально? Может, обидел кто? – спрашивают Веру, а она качает головой.
Оставшуюся ночь Вера набирает Артема, пока его номер оказывается «не в сети».
49.2
Сердце женщины болит за своих детей. Вера стала для Татьяны еще одним ребенком. Смотреть на ее бледное лицо, с огромными тенями под глазами ей было невыносимо. Вера рассказывала, захлебываясь слезами. Ее хрупкое тело тряслось, как в лихорадке.
- Вера, - Татьяна обнимает ее за плечи, притягивает себе. Внутри у нее все рвется. Кровоточит.
- Он не виноват! Он не мог сделать то, в чем его обвиняют, - известие о том, что ее сын задержан, подкосило женщину. Буквально выбило почву из-под ее ног. Но смотреть на Веру в таком состоянии было еще сложнее. – Я была сегодня у адвоката, - всхлипывает девочка. – Ему нужно время, чтобы разобраться. Время! Сколько? Ну сколько?
- Вера, тише, - Татьяна гладит ее по спине. Ощупывает выпирающие позвонки. Господи, она ребенок совсем!
- Мама Таня, - Вера выкручивается, смотрит в глаза. В них боль и страх. – Я же даже не знаю, где он сейчас. Никто не говорит. К кому обращаться?
- Вера! – Татьяна слегка встряхивает ее. – Ты должна успокоится?
- Успокоится? – повторяет с таким видом, будто не верит услышанному.
- Именно, - Татьяна говорит мягко, но твердо, одновременно. – Сможешь сделать чай?
- Чай? – хлопает мокрыми ресницами.
- Чай. А мне надо позвонить. Давай, Вера, бери себя в руки. Артему слезами не поможешь, - Вера кивает. Отчаянно. Поспешно. Шмыгает носом. Вытирает слезы кулачком. Татьяна сама держится из последних сил.
Татьяна оставляет Веру на кухне. А сама, прихватив мобильный, закрывается в спальне. Самой дальней комнате.
Достает из выдвижного ящика записную книжку.
На самой последней странице десять цифр. Телефонный номер. Просто номер без имени. Это имя Татьяна будет помнить до конца своих дней.
Отбросив сомнения, она вбивает цифры.
Он не переставал помогать ей. Гудки. А после знакомый голос произносит:
- Алло.
- Артур, - говорит Татьяна осипшим голосом. Она прикусывает щеку изнутри, стараясь сдержать слезы.
- Таня? Что случилось? – закономерный вопрос. За двадцать лет она ни разу не позвонила ему просто так. Приветствия оба проигнорировали.
- Артем, - женщина делает глубокий вдох. – Его арестовали, - далее она рассказывает все, что смогла узнать от Веры. Мужчина на том конце молчит, слушает. А после задает ряд вопросов, на которые у Татьяны нет ответов.
- Я узнаю все, - говорит наконец. – И сразу позвоню. Возьми трубку.
- Хорошо, - отвечает она, и нажимает отбой. Берет паузу в несколько минут, чтобы унять сердцебиение и высушить слезы. Она не имеет права раскисать, хотя бы из-за Веры.
Когда Татьяна возвращается на кухню Вера уже успела заварить чай и разлить его по пузатым чашкам. К своей она так и не притронулась, предпочитая держать чашку в ладонях.
- Ты завтракала? – спрашивает Татьяна. Вера отрицательно качает головой. – Надо поесть.
- Я не хочу, - шелестит Вера безэмоционально.
- Я не спрашивала, хочешь ты или нет, - Татьяна ставит на плиту сковороду. – Надо, Вера, - женщина решает быть строгой.
- Мама Таня…
- Все уладится, - говорит. Она в это не верит, она точно знает. Артур вытащит Артема из любой задницы.
- Кому вы звонили?
- Его отцу, - Татьяна не видит смысла скрывать. Наоборот. – Он поможет.
Вера молчит. Что-то в уме перебирает. Татьяна, тем временем, бьет в сковородку яйца.
- Вы так уверены, - слышит.