- Он не последний человек, Вера. И сына любит, несмотря ни на что. Он гордится им.
- Я тоже им горжусь, - говорит. Ее голос звенит. – Он замечательный. Он самый лучший, - Вера снова всхлипывает.
А Таня держится несмотря на то, что слезы жгут глаза. Слова Веры рождают бурю. Про Артема так никто не говорил, кроме самой Татьяны. Бывшая жена Артема, Екатерина, старалась, наоборот, унизить сына в глазах матери. Но Вера другая, настоящая. И Артем с ней другой. Таня давно не видела сына таким счастливым. Улыбчивым. Расслабленным. Брак с Катей отравлял его. Выжигал, и выжег, в конечном итоге. А Вера, на пепелище, разбила настоящий цветник.
Татьяна сама придушит Артема, если он когда-нибудь обидит Веру! Вот буквально, собственными руками!
Женщина раскладывает еду по тарелкам.
Расставляет на столе.
- Ешь, Вера, - в эту секунду звонит мобильный.
Десять цифр на дисплее. Сначала Татьяна хотела выйти, но потом передумала, глядя на белую до синевы Веру.
- Да? – ее руки подрагивают. А Вера вся обращается в слух.
- Я скину тебе список. Это вещи, которые надо собрать. Нашли, где он. Информации пока мало, но ты можешь его увидеть.
- Артур, его девушка…
- Пока только ты, Таня.
- Хорошо, - соглашается она. – Спасибо.
- Тань? Ты как?
- Я верю, что ты его вытащишь, - отвечает женщина. Наверное, если бы не было Артура, она, так же, как и Вера, не могла бы найти себе место. Обивала пороги.
- Вытащу, конечно. Собери вещи. Я позвоню.
50
Вера, вместе с мамой Таней приехали на квартиру. Девушка помогла собрать необходимые вещи. На Веру нашло, будто отупение. Казалось, что ее мозг старается оградить ее от реальности, перестав функционировать. Она двигалась на автомате, пока, в какой-то момент, не оказалась в объятиях мамы Тани. Они прижала Веру к себе, стала поглаживать по спине.
- Вера, все образумится. Артур вытащит сына, - Вера кивает, уткнувшись женщине в плечо. – Ты можешь мне кое-то пообещать? – Татьяна отстраняется. Внимательно всматривается. Гладит пальцами по ее щеке. Вера кивает, даже не задумываясь. Силы покинули ее разом. – Выпей успокоительного и постарайся уснуть, - слова Татьяны доходят до Веры с трудом. Она кивает, соглашаясь. – После того, как навещу сына, я вернусь Вер. Вместе побудем. Так обоим будет легче. Согласна?
- Согласна.
- Успокоительное есть?
- Да, кажется, в шкафчике на кухне был пустырник. Но я не уверена.
- Присядь, - Веру усаживают на диван. Вскоре Татьяна возвращается. В стакане вода, которая характерно пахнет. Вера выпивает все до последней капли, ощущая на кончике языка горечь. – Ложись, - мама Таня укладывает Веру. Подкладывает под голову подушку, укрывает пледом. – Я возьму ключи.
- Телефон! – спохватывается Вера. Резко садится на диване. Слишком резко, до головокружения.
- Вот, - Татьяна кладет мобильный на край дивана. – Давай, Вера, ты обещала постараться поспать.
Вера сдается. Снова послушно кивает. Ложится на диван, не в силах отвести взгляда, от черного экрана мобильного.
Она сама не поняла, как провалилась в сон. Пусть тревожный и поверхностный, но все же сон. Накануне ночью, она не смогла сомкнуть глаз.
Когда Вера проснулась, за окном начало темнеть. Он потянулась. Потерла глаза. Они щипали. Повернулась, на другой бок. Вытянула руку, ожидая наткнутся на теплого Артема. Но ладонь ловила только холодную пустоту.
Реальность обрушилась мгновенно. Вера, на долю секунды, забыла, как дышать. А следом завыла. Как раненое животное. Тоска, острыми иглами вонзилась в ее тело. Девушка прижала к лицу подушку и закричала. Ее истерика начинала набирать обороты. В сердце закололо. Но Вера продолжала кричать в подушку, прикусывая ткань зубами.
- Артем! – всхлипывала она. Вера не могла без него. Без его глаз, улыбки. Голоса! Она без него медленно и мучительно умирает. Неизвестно, сколько бы это еще продолжалось. Трель звонка мобильного, и Вера убирает от лица подушку. Спазмами глотает воздух. Не получается сделать полноценный вздох. Сквозь пелену она видит имя мамы Тани на дисплее.
- Алло? – хрипит.
- Вера…
- Артем! – кричит. Слезы с новой силой начинают стекать по щекам. – Артем!
- Вера, - она слышит его дыхание. Зажмуривается. Закрывает ладонью рот. – Тише, малыш. Не плачь. Слышишь?
- Слыыышу, - скулит тихонечко.
- Вера, ну же. Ты мне сердце разрываешь. Времени у меня не так много. Послушай меня, - и Вера отчаянно кивает, не отдавая отчета, что Артём не может ее видеть. Но он, будто, чувствует, потому что продолжает: - Умница. Вера, ты умница. Я не делал этого, ты мне веришь?