Сначала Ирене не поняла, зачем нужны эти рисунки. Альберто, который сам работал у Даниэлы, объяснил ей, что Даниэла готовит свои новые коллекции постепенно. Сначала она делает рисунки, а когда они готовы, шьет платья для презентации. Их задача ее опередить. Выставить ее же платья, тогда ей нечего будет показывать. Идя таким путем, они убивают сразу двух зайцев: без труда завоевывают себе имя и покупателей, с одной стороны, а с другой – наносят весомый ущерб карману Даниэлы, вложившей крупные суммы в создание новой коллекции, и ее репутации. Так что главное – достать рисунки. Ирене была уверена, что все, кто работает у Даниэлы, верны ей. Альберто был другого мнения о людях – все покупаются, вопрос только в цене. И вот сейчас, смотря на Монику, Ирене продолжала раздумывать. Дело нешуточное. Расходов много.
Как бы не потерять деньги...
...Моника слушала рассказ Ирене о собственном отце, и сердце ее наполнялось горечью. Вот он, оказывается, какой! А она считала его едва ли не лучшим человеком на свете. Как она ошибалась в нем. Вот и Ирене говорит, что он всегда был невыносим. Как же он умел притворяться! И еще смел в чем-то упрекать свою дочь, а ведь она никого не обманывала, она сразу сказала прямо и открыто, что любит Альберто. Моника решительно поднялась. Она должна посмотреть в глаза этому человеку, своему отцу. Моника стала дожидаться его у выхода из конторы – не идти же ей в ту квартиру, где он теперь живет с Летисией! Вот и он.
– Моника? – удивился Хуан Антонио.
Она сурово смотрела на отца. Как он мог поступить так подло? И это после того, как он столько говорил дочери о ее аморальном поведении? Хуан Антонио не ожидал такого напора. Ведь Летисия в конце концов подруга Моники.
– Да, – с горькой иронией сказала дочь, – как подруга, я отлично знаю, что она всегда мечтала подцепить безмозглого старика с деньгами. Я вижу, она нашла себе такого!
Слова дочери больно ранили Хуана Антонио. Он был в отчаянии. Даниэла не хотела его ни видеть ни слышать. Он уже не верил, что Даниэла когда-нибудь простит его. Он оступился, совершил роковую ошибку и за нее приходится платить. Ему бы, конечно, бросить Летисию, но он не мог этого сделать. Ведь из-за него она ушла из дома. Может быть, действительно, попробовать забыть прошлое и начать с Летисией все сначала?..
Глава 45
Время шло, и жизнь не стояла на месте. Прошло три месяца. Даниэла поправилась и вышла из больницы. Первое, что она сделала, – развелась с Хуаном Антонио. Это удалось сделать быстро при помощи Херардо. Джина тоже развелась – на этом настоял Филипе. Ему трудно было объяснить детям, что произошло, и дети очень страдали. Джина навещала их каждый день, чаще всего во время обеда, но эти обеды проходили грустно, потому что каждый раз, видя, что мама уходит, Бебес и Густавито принимались плакать.
Джина продолжала жить в доме Даниэлы, и с каждым днем ей было все труднее сохранять присущий ей оптимизм. Она оказалась у разбитого корыта.
Филипе не только не хотел прощать ее, он старался даже не видеться с ней в те часы, когда она приходила проведать детей. А Ханс, хотя и обещал вернуться через пару месяцев, за три месяца не прислал ни весточки. Джина была уверена, что он не вернется. С каждым днем ей становилось все тоскливее. Сердце разрывалось, когда она ежедневно уходила из своего бывшего дома – от своих детей. Конечно, Филипе нашел им прекрасную няню, но разве няня может заменить мать? А кто заменит ей Бебес и Густавито?..
Даниэла старалась больше работать, чтобы отвлечься от черных мыслей, но это не помогало. Тоска не покидала ее ни на один миг – тоска по любимым людям. Но простить их, сделать первый шаг к сближению она не могла. Работа в Доме моделей продвигалась медленно. Даниэла никак не могла закончить работу над новой коллекцией, хотя когда-то они планировали в это время показать ее.
Да, когда-то на все хватало времени – и на работу, и на семью. Теперь семьи не было, а работа пошла еще медленнее.
Даниэла сама того не желая продолжала любить Хуана Антонио, и понимала, что любить его никогда не перестанет. Но факт остается фактом – Хуан Антонио не оставил Летисию, он продолжает с ней жить, значит, это его устраивает. Даниэле совсем не хотелось ставить свою жизнь в зависимость от того, что он делает или чего не делает, но все равно ее жизнь зависела от него. Будь он с ней, коллекция давно была бы закончена, а теперь просто руки опускаются...