Джина с Даниэлой не успевали рассылать приглашения.
Им помогала Сония, ставшая теперь близкой подругой Даниэлы и очень полюбившая Джину.
Джина и тут осталась себе верна. Приглашение Филипе отправила в последнюю очередь, да еще приписала: "Ждем вас вместе со "Стройной Малышкой". Теперь она с восторгом представляла, какую тот скорчит мину, когда прочтет.
Среди подарков, присланных на имя Даниэлы, Джина обнаружила изящно упакованную в серебристую бумагу, перевязанную ленточкой, коробочку без визитной карточки. Внизу крупными буквами было написано "Любовь".
– Тайный поклонник? – с улыбкой спросила Джина, передавая коробку Даниэле.
Та с любопытством взглянула и стала развязывать ленточку. Сняла бумагу и, наконец, открыла крышку.
– Ой! Ой! Ой! – в ужасе закричала она, швырнув на пол коробку, и бросилась к лестнице.
Из коробки выскользнула змея.
– Дон Висенте, скорее сюда! – Даниэла насмерть перепугалась.
– Дон Висенте! – вторила ей Джина. Прибежал привратник.
– Где же она? – Даниэла никак не могла успокоиться.
– Я умру от страха. – Джина шарила глазами по полу.
– Поймал! – Висенте ловко схватил змею. – Она не опасна.
– Все равно, ее надо отсюда убрать!
Висенте направился к двери, но Джина остановила его.
– Догадываешься, чья это работа? – Джина повернулась к Даниэле.
– Думаю, что моей "любимой" соперницы.
– Так вот, мы вернем ей чудный подарок. Прямо сейчас.
– Нет, нет, Джина, не надо. Не стоит заострять внимание.
– Теперь не модно, если ударили по одной щеке, подставлять другую! Она уже забыла про огнетушитель. Урок не пошел ей впрок! Надо еще один преподать. Висенте! Положи гадюку в коробку, и завяжи покрепче. А то вылезет, не дай Бог! Пошли, Даниэла! – Джина взяла у Висенте коробку. – А не хочешь, я одна пойду.
Даниэла нерешительно последовала за подругой.
Ирене в это время ждала Леопольдо к ужину и, когда в дверь позвонили, пошла открывать сама. Но вместо своего кавалера увидела Даниэлу и Джину с коробкой в руках и все поняла, однако виду не подала.
– Что вам здесь нужно? Убирайтесь! Я жду своего друга!
– Мы пришли поблагодарить тебя за подарочек! – С этими словами Джина открыла коробку и бросила змею прямо в лицо Ирене. – Пошли Даниэла, нам здесь больше нечего делать. Надеюсь, теперь у красотки надолго пропадет охота делать тебе пакости!
– Лена! Лена! – завопила Ирене. – Иди скорее сюда, здесь змея, она может меня укусить!
– Я сама вся дрожу от страха! – откликнулась горничная Лена. – Ни за что не пойду.
Ирене стала звать привратника, но в это время пришел Леопольдо, он едва не столкнулся в дверях с Джиной и Даниэлой.
– Ну и трусихи же вы, что ты, что твоя Лена, – сказал Леопольдо, узнав, в чем дело, и, вооружившись метлой, прикончил змею, свившуюся клубком под столом.
Бывает, что человек сам себе враг. Так случилось и с Ирене. Страсть к деньгам заглушила в ней все остальные чувства.
Свою молодость, этот бесценный дар природы, Ирене принесла в жертву золотому идолу. Ему одному она поклонялась. Любовь, семья, материнство – все это было ей чуждо. Она готова спать с кем угодно, только бы хорошо платили.
Окрутить Леопольдо оказалось не так-то легко – он был стреляный воробей.
Большой специалист по части сомнительных махинаций, Леопольдо швырял деньги направо и налево – они легко ему доставались. И это вскружило Ирене голову. Она постоянно думала о том, как бы прибрать его к рукам, и не только пустила в ход все свои чары, но и решила показать себя отменной хозяйкой.
К ужину были поданы блюда, приготовленные собственноручно Ирене, о чем она не преминула с гордостью сообщить поклоннику.
Леопольдо расцеловал молодую женщину и попробовал то, что называлось белым соусом.
"Боже, какая пакость". – Он поморщился и застыл с ложкой в руке. Но проглотил. Чего не сделаешь ради красивой женщины!
После ужина Ирене, как обычно, очень осторожно завела речь о замужестве. Она делала это всякий раз, как они встречались. Капля камень точит.
Но тут, будто назло, ногу Леопольдо свело судорогой, и Ирене стала ее растирать, изобразив сочувствие и заботу, а про себя чертыхаясь.
– Тебе так хочется за меня замуж? Любишь меня очень? – Леопольдо старался распрямить больную ногу.
Ирене нарочно промолчала, а потом, словно не услышав иронии в его голосе, театральным полушепотом ответила:
– Да, люблю. И очень сильно.