– Значит, Игнасио и моя мамочка сейчас вместе? Видят нас, слышат, о чем мы говорим?
– Да, Моника, люди после смерти встречаются. Там, на небе.
Бедная девочка! Сколько выпало на ее долю страданий! Даниэла едва сдерживала слезы, прижимая к себе печальную Монику: так хотелось оградить ее от бед и потерь, которые ей довелось рано испытать.
Не так-то просто завоевать детское сердце, легко ранимое, чуткое к доброте и жестокости, искренности и фальши, но Даниэле это удалось. Моника все больше и больше привязывалась к ней. Но с каждым днем своей счастливой жизни Даниэла все неотступнее мечтала о собственном ребенке, мальчике, сыне.
– Но это только начало, – смеясь говорил Хуан Антонио. – Запомни дорогая, у нас будет огромная семья, детей – не пересчитать.
Все ближе и ближе был день отъезда Джины. Мысль о разлуке причиняла Даниэле почти физическую боль, будто она должна лишиться руки, ноги... Не меньше Даниэлы страдал и Филипе.
Смирив свою гордость, он как-то отправился к Джине и, несмотря на холодный прием, стал клясться в любви.
Но даже самые добрые женщины бывают жестоки, если задето их самолюбие.
Джина слушать ничего не хотела. Филипе встал на колени.
– Ты поздно одумался! Я больше тебя не люблю! Мы уедем с Хансом в Германию и будем счастливы!
Филипе бросился к ней, обнял, прильнул губами к ее губам.
Боже! Что почувствовала в этот момент Джина! Она была близка к обмороку от счастья. Но тотчас взяла себя в руки.
Вырвавшись от Филипе, она величавым жестом, как и подобает богине, указала ему на дверь:
– Уходи! Я больше не хочу тебя видеть! Между нами все кончено.
Тогда Филипе прибег к последнему средству: попробовал еще раз поговорить с Хансом, убедить его в том, что Джина выходит замуж не по любви, а потому что хочет отомстить ему, Филипе.
– Вы мне уже говорили об этом, но я вам не верю, – резко ответил Ханс. – Лучше оставьте мою невесту в покое.
– Придется тебе смириться, – сказал другу Херардо. – Теперь я понял, что Джина уедет. Упустил ты ее, брат, ничего не поделаешь, сам виноват.
– Ладно, хватит о Джине, расскажи лучше, как у тебя дела с Каролиной.
– У нас все в порядке. Такое счастье после долгих лет одиночества вдруг обрести семью!
Впервые за долгое время их дружбы Филипе позавидовал другу... Ах, Джина, Джина...
Долорес пригласила Хустино на ужин. Теперь он ее жених и должен познакомиться с Мануэлем. Мануэль, обычно молчаливый, постепенноразговорился и просто очаровал старика.
Хустино будто в раю очутился.
Брошенный на произвол судьбы сыновьями, он давно отвык от уюта семейного очага и по-хорошему завидовал Долорес: такой заботливый у нее сын, какая ласковая невестка! Должно быть, они очень счастливы. А Долорес скоро станет бабушкой. Самой красивой бабушкой в Мехико. Хустино не сводил с нее влюбленных глаз и, не переставая хвалил кулинарные способности Долорес.
– По этой части мама у нас специалист, настоящая волшебница.
Попробуйте еще это. – Ракель положила в тарелку Хустино соус с кусочками мяса.
– Ешь, ешь, Хустино, я подсыпала туда достаточно яда, потому и вкусно, – шутила, как обычно, Долорес.
Она не представляла себе, что так привяжется к Хустино. Ведь все началось с легкого знакомства в баре. Вот только неизвестно, где они будут жить. Квартира у Мануэля даже для троих тесновата. А скоро появится еще малыш.
И у Долорес, обладавшей богатым воображением созрел план. Они купят где-нибудь на природе дом и обязательно с садом, который будет утопать в цветах. Хустино с восторгом слушал и был готов немедленно выложить нужную сумму.
Но пока это все мечты, а Хустино очень нетерпелив, только и говорит о том, какое было бы у них уютное гнездышко, живи они вместе.
Все хорошее быстро проходит. Пролетел незаметно и этот чудесный вечер.
Грустно было Хустино прощаться с этими милыми людьми, ставшими ему родными, и особенно, с Долорес.
Очутившись на улице, в оживленной вечерней толпе, старик еще острее ощутил свое одиночество. Мимо проходили влюбленные парочки, молодые, счастливые. Слышался веселый говор и смех. Сплошным потоком неслись машины.
В этом потоке Хустино вдруг представил себя и Долорес на мотоцикле и улыбнулся. Сам Бог послал ему эту женщину! Жизнь прожита, молодости не вернешь. Но так хочется хоть немного тепла и ласки! На склоне лет сильнее, чем когда бы то ни было.