"Если бы Тико был женщиной и у него были бы морщины, это была бы точная копия моей матери, " – сказал как-то Мануэль.
И вот теперь все круто изменилось. Постаревший доктор Карранса, который когда-то сообщил Ракель счастливую новость о том, что она станет матерью, теперь, сделав все анализы, вынес страшный приговор: у нее злокачественная опухоль, поражены оба легких.
Неистово молилась Долорес Пресвятой Деве, предлагая ей сделку – свою жизнь в обмен на жизнь Ракель. Неистово, но тщетно... Операция не улучшила состояние невестки: по словам доктора Карранса, жить ей осталось не более полугода. Безутешный Мануэль решил: когда жену выпишут из больницы, он уйдет с работы, чтобы проводить с ней как можно больше времени. Хуан Антонио одобрил его решение.
Смуглый, рослый Давид, тот самый, который первым встретил Даниэлу в доме Альберто, вышел из супермаркета с большим пакетом в руках. Напрасно Альберто связался с этой девчонкой, – думал он, – глаза бы на нее не глядели! А теперь еще завелся с этой своей местью. Значит, жди новых неприятностей. Опять загремит в тюрягу, и на этот раз – с концами. Ведь не приглянись ему тогда Альберто, так бы парень и сгинул. Черт достал бы его, это уж как пить дать. А теперь сгинул куда-то сам Черт. Правда, успел отвалить Альберто хорошенький куш. Взять бы те денежки и рвануть куда-нибудь подальше, как их дружок по камере Херман. Так нет же! Похоже, Альберто совсем перестал с ним считаться. Сегодня, по дороге в Монтеррей, Херман должен к ним заглянуть. Может, вдвоем они смогут уговорить Альберто убраться из столицы.
Когда Давид вошел, Херман уже сидел за столом со стаканом виски и разглагольствовал о прелестях будущей жизни. Альберто развалился на диване, положив ноги на низкий столик; неожиданно он рассмеялся.
– Ты что? – удивился Давид.
– Все так забавно. Не понимаешь? Восемь лет тому назад Даниэла была моей женой, а теперь, совсем скоро, станет моей "второй мамой".
– Чего ты добиваешься? Даниэла знает, что ее дочь беременна. Считай, что ты отомстил. Зачем нарываться на неприятности?
– Что за Даниэла? – спросил Херман, повернув к Альберто свою большую странной формы голову. – О ком идет речь?
– О моей бывшей жене, Даниэле Лоренте.
– Похоже, ее все ненавидят, – усмехнулся Херман.
– А ты-то откуда ее знаешь?
– Несколько лет тому назад меня наняли для одной работенки. Благодаря мне эта Даниэла влетела в аварию. Она была беременна... И ребеночек умер.
– Кто тебя нанял? – Альберто убрал ноги со стола.
– Одна женщина, которая терпеть ее не могла. Ее звали... Ирене Монтенегро. Она была замужем за одним старикашкой-миллионером, Леопольдо Санчесом. Думаю, он уже помер.
– Сведи меня с этой женщиной, с Ирене.
– Нет, нет, я пас, – серьезно сказал Херман. – Я живу тихо и не ищу новых приключений. И тебе следовало бы поступить точно также.
– Ты только скажи, как ее найти. Давай, не дрейфь, – настаивал Альберто.
– Да ты что, спятил? – поднялся Херман. – Я пошел, скоро отходит мой поезд. Очень приятно было с вами пообщаться, ребята. В следующий раз, когда буду в столице, обязательно повидаемся.
Когда Херман ушел, Альберто опять бросился на диван и, уставясь в потолок, о чем-то задумался.
– Выражение твоего лица мне совершенно не нравится, – заметил Давид.
– Ирене Монтенегро Санчес... Я найду ее, можешь мне поверить, – сказал Альберто, не обращая на него внимания.
– Или найдешь свою погибель, – высказал предположение Давид.
– Не бойся, восемь лет тюрьмы не прошли даром, я смогу постоять за себя. А с таким союзником, как эта женщина. Ирене Монтенегро...
– Забудь о ней, парень! Не стоит рисковать еще раз. Я тебе говори это, потому что ценю тебя, и ты это знаешь.
– Да, знаю. Без тебя годы тюрьмы были бы просто невыносимыми. Иногда закрою глаза и вижу рожу того Черта. Омерзительный тип, век его не забуду.
Давид присел рядом с низким диваном, на котором лежал Альберто.
– Слушай, ты уверен, что этот твой Черт не станет нас беспокоить?
– Я тебе уже тысячу раз повторял, что он отдал мне мою часть денег, а сам подался за границу.