– Роса, я иду к себе. Только спрошу одну вещь у Даниэлы.
Даниэла, услышав, что подруга сейчас войдет к ней, хитро улыбнулась Хансу и спрятала его за дверью. Хороший будет сюрприз для Джины!
Дверь открылась и вошла Джина, деловая и элегантная.
Ханс не мог оторвать от нее глаз. Она. Женщина его мечты. Богиня Карибского моря.
– Я тут кое-что придумала для будущей рекламной кампании, – с порога сообщила Джина. – "Избавляйтесь от старых предрассудков! Одевайтесь у Даниэлы Лоренте и ищите себе нового мужа!" Ну, как тебе?
Вместо ответа Даниэла попросила подругу закрыть глаза, пообещав показать один фокус. Заинтригованная Джина с готовностью зажмурилась. Даниэла подвела к ней Ханса:
– Потрогай. Кто это?
Джина протянула руки и почувствовала, что пальцы коснулись мужского пиджака. Ага, мужчина. Кто-то из знакомых? Но к чему такой фокус, зачем закрывать глаза? Хорошо сшитый легкий пиджак, коротко стриженные волосы. Кто же это... Она открыла глаза.
– Ханс!
Это был подарок судьбы. Неужели можно вернуть время вспять, исправить ту роковую ошибку, когда она предпочла Хансу этого тюфяка Филипе? Ханс!
Сколько раз она думала о нем, ругала себя за глупость, но написать после всего того, что натворила, она, разумеется, не решалась. И вот он здесь. Живой. Все такой же красивый, даже красивее, мужественнее. Но вдруг она ему не понравится, ведь прошли годы, и они оставили на ней свой след – новые морщинки вокруг глаз, которые появились, несмотря на маски, массаж, кремы.
Но он смотрит на нее все с тем, же восхищением.
– Вы как всегда очаровательны, – улыбаясь, сказал Ханс, глядя на Джину.
От этого "вы" Джина чуть не прослезилась. Боже, до чего же он красивый.
Джина решила, что он непременно должен жить у нее. Никаких гостиниц!
Даниэла в изумлении смотрела на Ханса и Джину. Как будто не было этих восьми лет. Как будто время остановилось. Можно подумать, что они вчера вернулись из круиза. Разумеется, Ханс не должен жить у Джины – вот так смотреть друг на друга в присутствии Филипе недопустимо. Филипе, какой бы он ни был спокойный, вряд ли потерпит такое. И его можно понять. Поэтому Даниэла пригласила Ханса к себе. А сегодня вечером они непременно отужинают вместе – Даниэла с Хуаном Антонио, Ханс и Джина с Филипе.
Однако Джина наотрез отказалась не только приглашать мужа в ресторан вместе с другими, но и вообще ставить его в известность о приезде Ханса.
– Не такая я дура, чтобы говорить ему, что Ханс в Мехико. Чтобы он придирался ко мне? Я хочу нормально отдохнуть, а он будет только мешать мне. Пусть наслаждается своей газетой.
Джина летела домой, как на крыльях. Какое счастье! Ей казалось, что ее жизнь вдруг наполнилась новым содержанием.
Филипе встретил ее как всегда хмуро – пускай, ей теперь это абсолютно безразлично. Видя, что жена прихорашивается и переодевается, Филипе поинтересовался, куда она собирается. Удивительное дело, если Джина уходила куда-то одна, он обижался, но стоило ей пригласить его с собой, как он начинал проклинать все на свете, стараясь найти способ избежать очередного светского раута. И теперь, когда Джина заявила, что идет на ужин с партнерами, он успокоился.
– Сегодня у меня есть возможность заключить одну сделку. Я приложу все усилия, чтобы добиться своего. Кто знает, возможно, я открою филиал в Германии! – щебетала Джина, прихорашиваясь перед зеркалом.
Обед прошел прекрасно. Хуан Антонио был рад видеть Ханса. Даниэла уже рассказала гостю о том, что случилось с Моникой, и Ханс, которого судьба обделила детьми, искренне поздравил Хуана Антонио с тем, что тот скоро станет дедом.
Дед. Дедушка. У него будет внук. Эта мысль не только не радовала Хуана Антонио, она повергала его в ужас. Неужели все – жизнь кончена, настоящая полноценная жизнь. Все в нем противилось этой мысли. Неужели больше никогда ни одна женщина не посмотрит на него с любовью, и он больше не увидит блеска в их глазах. Да, конечно, он любит Даниэлу, но решить, что теперь эта сторона жизни для него закрыта навсегда, он не мог. Из головы не выходили слова Летисии: "Если когда-нибудь я кого-нибудь полюблю, это будет такой человек, как вы". Он вспомнил ее серые глаза, длинную шею. Она, конечно, не красавица, как, например, Ирене, но она определенно волновала его. Конечно, девушка скорее увлечется зрелым мужчиной, чем таким зеленым мальчишкой, как Федерико. Ах, Летисия, кто бы мог подумать... Возможно, это его последний шанс. Ведь скоро он станет дедушкой. Дедушкой. Хуан Антонио грустно улыбнулся Хансу и ответил: