Даниэла рассказала девочке, как она стала владелицей Дома моделей. Моника была поражена: оказывается, знаменитый модельер Даниэла Лорентэ когда-то была бедной девочкой, и родители даже не могли купить дочери куклу! И для того чтобы стать тем, кем она была сейчас, ей пришлось много и упорно работать! Для Моники вдруг обрели смысл слова учительницы о том, что все должны прилежно трудиться, чтобы достойно жить.
Глядя на дочь Хуана Антонио, Джина с удивлением поняла, что начинает испытывать к ней нежность. А ведь совсем недавно она считала Монику капризной и неприятной девочкой! И как она радовалась, видя, что Даниэле удалось-таки преодолеть барьер между собой и девочкой!
Для Иренэ настали тяжелые дни. Мысль о необходимости где-то доставать деньги, чтобы заплатить за квартиру, не давала ей покоя. Она в сотый раз перебирала драгоценности, подаренные Хуаном Антонио, и не решалась расстаться с ними. Иренэ тупо смотрела на открытую шкатулку, не зная, что делать, когда вошла служанка и задала вопрос, прозвучавший как удар грома:
- Сеньора, простите, а когда вы выплатите мне жалованье?
Иренэ так и взвилась:
- Какое жалованье? Иди на кухню и занимайся своими делами!
- Но, сеньорита…
Иренэ в раздражении стукнула себя по колену:
- Я всего первый раз задерживаю тебе жалованье, а ты смеешь приходить и требовать от меня денег?
- Да я ведь ничего не говорю, сеньора, - робко возразила служанка.
- Уходи немедленно, кому я говорю? - закричала Иренэ. - Не смей мне перечить! Проваливай!
Служанка вышла, пожав плечами. Иренэ в бессильной злобе захлопнула шкатулку:
- Мерзавка!
Раздался телефонный звонок. Иренэ сняла трубку. Это была Ракель, она приглашала подругу отправиться вместе с ней и Долорес в кабаре.
- Нет, Ракель, прости, но мне не до того. Нет! Нет! Я не в том настроении, чтобы развлекаться с выжившими из ума старухами! Идите без меня! - и она швырнула трубку.
Было уже совсем темно, когда Долорес и Ракель подъехали к горевшему разноцветными огнями зданию. Девушка слезла с мотоцикла первая и помогла спуститься на землю Долорес. Оставив шлемы в коляске и поправив прически, женщины направились ко входу. Ракель шла со страхом и любопытством. В ее представлении кабаре было чем-то вроде вертепа разбойников и публичного дома одновременно. Оглушительная музыка и ослепительные огни обрушились на нее и словно придавили к полу. Она ничего не соображала. Долорес тоже растерялась. Но тут к ним подошел мужчина в элегантном смокинге. Поздоровавшись, он проводил женщин за свободный столик. Сев, они начали осваиваться. Люди кругом ели, пили, танцевали - словом, это был праздник. Долорес первой пришла в себя:
- Пора бы кому-нибудь пригласить нас на танец. Музыка в самый раз!
- Да как же мы будем танцевать с незнакомыми мужчинами?
- А что такого? Да и как еще заводить знакомства?
- Нет, я против. Мануэль рассердится и будет прав.
- Да что ты все о своем Мануэле! Он даже танцевать не умеет. Не понимаю, почему он у меня такой вырос?
- Ну ладно, - сказала Ракель. - Ваше здоровье! - и она подняла бокал с шампанским. Но Долорес не откликнулась - она уже строила глазки элегантному мужчине за соседним столиком.
Херардо вышел из квартиры Каролины и стал спускаться по лестнице. На площадке второго этажа в задумчивости стоял Эдуардо.
- Как хорошо, что ты один! - воскликнул адвокат. - Нам нужно поговорить с глазу на глаз.
- А что у нас за секреты от Фико? - удивился мальчик.
- Вот что, Лалито, ты уже большой и можешь многое понять.
- О чем ты?
- Видишь ли, мы… - он замялся. - Я очень люблю твою маму, и, судя по всему, она тоже меня любит.
Лицо Эдуардо расплылось в счастливой улыбке:
- Правда? Выходит, вы теперь жених и невеста?
- Да, выходит так, - усмехнулся Херардо.
- Ур-р-а-а! - во все горло закричал Эдуардо. - Фико! Фико! Скорей сюда!
Тут же откуда-то возник Федерико:
- Что случилось?
- Херардо и моя мама - жених и невеста, - гордо объявил его приятель.
- Ну да?! - обрадовался Фико.
- Верно, - подтвердил Херардо.
- Вот здорово! Поздравляю! - и Фико пожал руку Эдуардо.
- Я гляжу, вы не против? - заключил Херардо.
- Да что ты, мы оба «за», - важно сказал Эдуардо.
Адвокат, довольный, пошел к выходу. Проводив его взглядом, Эдуардо ударил себя по коленкам:
- Наконец-то у меня будет такой отец, о котором я всегда мечтал!
- Поздравляю! - повторил Фико. - И я очень рад за тебя.
- Надо же, а мама мне ничего не сказала!
- Наверное, стеснялась, - рассудительно ответил Фико.
Было уже совсем поздно. Даниэла и Хуан Антонио сидели на кровати, нежно прижавшись друг к другу. Свет они не зажигали, хотелось продлить чудесные мгновения близости.