- Ладно, надо отвести ее куда-нибудь, - сказал адвокат.
- Да, да! - махнула рукой Даниэла.
Когда всадник скрылся из глаз, Херардо сказал:
- Только Фелипе мог выкинуть такую шутку.
Все опять засмеялись, только Каролина недоумевала:
- Ничего не могу понять.
- Я тебе потом объясню, дорогая, - шепнул ей Херардо.
Рамон чувствовал себя неуютно среди всей этой разнаряженной публики. Ему казалось, что все как-то странно смотрят на него. В толпе гостей он разглядел Монику с ее подружкой и пошел к ним - с детьми ему было проще. Моника тоже обрадовалась, увидев его. Втроем они принялись бродить среди столов, разглядывая пришедших на свадьбу. Рамон теперь как бы поменялся с ними местами.
- Здесь все так красиво, - сказала Маргарита.
- Спасибо, - кивнула Моника. - А как тебе мой дядя Рамон?
- Он тоже красивый, - покраснев, сказала девочка.
- Да ты и сама красавица, Маргарита, - улыбнулся Рамон. - Вы, наверное, самые красивые девочки в школе, да?
- Да, - сказала Маргарита, но, решив, что так говорить неприлично, поправилась: - То есть нет.
- Не может быть! - удивился Рамон.
- Конечно же, да, - возразила Моника.
Они подошли к Даниэле, которая весело болтала с Хуаном Антонио и Фелипе.
- Нет, я привел лошадь всего на полчаса, ее сейчас заберут. Я только хотел, чтобы она поприветствовала Джину, - говорил адвокат.
- Какой кошмар! - смеялся Хуан Антонио.
- Боже мой, смотрите, - схватилась за голову стоявшая рядом Ракель и показала на дорожку, по которой чинно приближались Иренэ и дон Леопольдо.
- Поздравляю, Хуан Антонио, - сказал вдовец.
- Леопольдо? - удивился тот.
- С моей невестой, вы, кажется, знакомы? - спросил нежданный гость.
- К несчастью, да, - сухо ответил Хуан Антонио и, обратившись к Иренэ, сказал: - Поздравляю, ты, наконец, нашла старого идиота, из которого можно выколачивать деньги.
- Как ты смеешь… - начал дон Леопольдо, но его прервала Иренэ, которая вдруг бросилась на Даниэлу, пытаясь сбросить ее в пруд. К счастью, Фелипе успел удержать новую хозяйку дома. Леопольдо отшатнулся и ухватился за Иренэ. Та не устояла на ногах, и они оба свалились в пруд. Тут подбежали Джина с Хансом и другие гости. Иренэ в истерике кричала что-то злобное. Леопольдо, выбравшись из воды и помогая вылезти своей любовнице, прошипел Хуану Антонио:
- Как ты смеешь, мальчишка?
- Это я тебя спрашиваю, как ты смел явиться сюда, да еще с ней? - он кивнул на Иренэ, которая вытирала с лица воду.
- Ты пожалеешь об этом! - бросила она.
- Вы, оба - вон отсюда! - сказал Хуан Антонио.
- Да что тут происходит? - спрашивала Джина.
- Ничего, Иренэ и этот сеньор уже уходят, - ответила Даниэла. - Гостям было жарко, и мы предложили им освежиться.
- Ты пожалеешь! - повторила Иренэ.
- Этого оскорбления я тебе никогда не забуду! - сказал дон Леопольдо.
- Вы что, не поняли? - Хуан Антонио сжал кулаки. - Убирайтесь немедленно.
- Пойдем, любовь моя, - сказал дон Леопольдо, предложив Иренэ руку. И они удалились, оставляя мокрые следы.
Хуан Антонио проводил их взглядом и сказал:
- Лучше всего будет забыть этот инцидент.
- Ты прав, - согласилась Даниэла. - Я никому не позволю испортить лучший день в моей жизни.
Праздник был долгим и веселым. Гости пили за здоровье молодых, и тем казалось, что жизнь всегда будет такой прекрасной, полной музыки, цветов, шампанского…
Когда стемнело, Монику повели укладывать в постель. Даниэла пошла с ней.
- Давай, я помогу тебе раздеться, - предложила она.
- Зачем? Мария сейчас придет, - сказала девочка.
- Мне это будет приятно.
- Правда?
- Правда! - ответила Даниэла и вдруг расплакалась.
Моника погладила ее по руке:
- Что случилось, почему ты плачешь?
- Ах, Моника, я так счастлива, - сквозь слезы сказала Даниэла.
- Не понимаю, - покачала головой девочка. - Почему же ты плачешь?
- Моя мама умерла, когда я была маленькой. За ней умер папа, и я осталась одна. Я почти всегда была одна, и теперь мне трудно поверить, что у меня есть настоящая семья.
- Не плачь, - сказала девочка. - Папа, Мария, Начо, Глорита, Винни, я - все мы теперь будем твоей семьей.
- Спасибо, - произнесла Даниэла, и они обнялись.
Девочка легла в постель, Даниэла рассказала ей сказку, поцеловала Монику и попрощалась до завтра. Она направилась к двери, когда Моника остановила ее:
- Даниэла!
- Да!
- Спасибо тебе.
Даниэла и Хуан Антонио лежали в постели. Звезды смотрели в их окно. Вдруг женщина спросила:
- А этот сеньор, с которым пришла Иренэ, твой друг?
- Да, друг, - хмыкнул Хуан Антонио. - Из тех, от кого надо держаться подальше. Он предлагал мне разные дела, но я ему никогда не доверял.