- И с большим трудом. Мы с Даниэлой жили на одной улице…
- Вы с детства дружили?
- Да. Учились в одной школе. Потом она поступила в университет на факультет дизайна, а я стала изучать маркетинг. Она всегда была самой умной из нас двоих. Основала свой Дом моделей и стала самым известным модельером в Мексике.
- Вы гордитесь вашей подругой…
- Да, Ханс, я ее очень люблю. Она мне всегда помогала. Она очень добрый и благородный человек, а меня иногда заносит… Ладно, лучше расскажи мне о Германии. Ты живешь в столице?
- Нет, я живу в небольшом городе под названием Герланген. Это очень красивый и тихий город.
- Герланген? А где это?
- Недалеко от другого города - побольше. Он называется Нюрнберг.
- Господи, Ханс, для меня это - китайская грамота… - Джина запрокинула голову и посмотрела на небо. Герланген… Нюрнберг… Это же другое полушарие. Это так далеко от ее родной Мексики. Неужели она сможет туда уехать? Собственно, в своей способности уехать куда угодно Джина не сомневалась. Но выдержит ли она там хотя бы месяц? Ханс такой хороший, внимательный, добрый… Джина уже достаточно пожила на свете, чтобы понимать: такие люди, как Ханс, встречаются нечасто. Для женщины это подарок судьбы, если ее полюбит такой человек. Но… что же делать? Сердцу не прикажешь… А с другой стороны, огорчить Ханса, согласиться, а потом обмануть его ожидания, Джина не хотела. Он этого не заслужил…
- В Герлангене у меня красивый дом с большим садом, - сказал Ханс, - у меня друзья, солидный счет в банке и хорошая работа. Но я одинок, Джина…
- Я понимаю, Ханс… - Джина встала и пошла по бортику бассейна.
Ханс нагнал ее.
- Вы тоже одиноки, Джина, - сказал он. - Мы могли бы объединить наши жизни…
Джина остановилась и обернулась к Хансу.
- Неплохая мысль! - улыбнулась она и, обняв немца, поцеловала его в щеку.
- Я тебе рассказала о себе. Теперь твоя очередь, - сказала Даниэла.
- Хорошо, - Хуан Антонио ненадолго задумался. - Ты уже знаешь, что я вдовец… что у меня дочь, которой десять лет… и что мы с Иренэ были… ну, в общем, ясно…
- Ты овдовел чуть больше месяца назад, - перебила его Даниэла, - но мне кажется, ты знаешь Иренэ значительно дольше…
- Что ж… верно. Мне казалось, мы были счастливы с Лусией - моей женой… Она была прекрасная женщина… Но, оказалось, было нечто, чего она не могла мне дать. И тут возникла Иренэ. Красивая, страстная… Но интересовали ее только мои деньги. Поначалу она ловко разыгрывала страсть, но вскоре мне все стало ясно.
- Мы оба с тобой стали жертвой обмана, - сказала Даниэла. - Но теперь это, слава Богу, в прошлом…
- Да. А Моника сразу раскусила Иренэ. Она и слышать о ней не хочет.
- Ты не должен был оставлять дочь одну. Она только что потеряла маму. Представляю, как она мучается.
- Конечно, - согласился Хуан Антонио, - но Иренэ настояла…
- Монике, наверное, очень плохо сейчас без тебя…
- Не знаю, вероятно…
- Как не знаешь?! - Даниэла с удивлением взглянула на Хуана Антонио. - Разве ты не звонил ей с «Норвея»?
- Н-нет… - смутился Хуан Антонио. - Честно говоря… не звонил.
- Ты должен быть более внимателен к своей дочери, - в голосе Даниэлы послышался упрек. - В такой момент ее нельзя оставлять одну. Какой же ты отец?
- Зато я теперь вижу, что ты будешь для нее замечательной второй мамой, - целуя Даниэлу, сказал Хуан Антонио.
Вечером в ресторане гостиницы они собрались наконец все вместе.
- Мы с Хансом весь день проговорили, - сказала Джина. - Вы, вероятно, тоже.
- Да, - подтвердила Даниэла, - Хуан Антонио рассказывал мне о своей жизни, а я ему о своей.
- Надеюсь, ты не сказала ему правды? - ужаснулась Джина.
- Как раз наоборот. Все, как на духу!
- И ты не сбежал от нее в ту же секунду?! - обратилась Джина к Хуану Антонио.
- Нет. Я предложил ей пожениться прямо здесь в Майами, но она не захотела, - рассмеялся Хуан Антонио.
- Ах, не волнуйся! - Джина обняла Ханса и похлопала Хуана Антонио по плечу. - Если она не хочет, я выйду за вас обоих!
Джина еще долго дурачилась, а потом предложила всем пойти прогуляться.
- Такой чудесный вечер! - воскликнула она. - Жаль спать ложиться…
- Нет, мы не можем, - возразила Даниэла. - У Хуана Антонио есть одно срочное дело.
- Какое дело? - удивился Хуан Антонио.
- Ты должен позвонить в Мехико. Моника будет просто счастлива.
- Да, ты права, - Хуан Антонио поднялся из-за стола. - Идем прямо сейчас.
- Ну не пять же часов ты будешь разговаривать! - Джина обиженно надула губы. - Мы с Хансом подождем вас, а потом отправимся все вместе в какое-нибудь тропическое кабаре!
- Нет, Джина, завтра рано вставать, - сказала Даниэла.