- Как все живут? Ищи себе работу.
- Не говори глупости. На той неделе мне нужно платить за квартиру. Подпиши мне чек. Я полагаю, ты захочешь видеть меня пореже.
- Продай драгоценности, которые я тебе подарил, продай мебель, смени квартиру на более дешевую.
Иренэ вскочила и, сжав кулаки, закричала:
- Нет! Ни за что! Я не собираюсь катиться вниз! Тем более из-за твоей Даниэлы!
- Другого выхода у тебя нет. Меня не волнует, что с тобой будет, - раздраженно сказал Хуан Антонио и сел за компьютер. Но тут случилось непредвиденное: Иренэ схватила со стола ножницы для писем и бросилась на владельца кабинета. Он успел схватить ее за руку и вырвал ножницы.
- Отпусти меня, - закричала Иренэ, совершенно потерявшая самообладание. - Отпусти! Ненавижу тебя! Кретин! Ублюдок! Отпусти!
- Прочь отсюда! Мое терпение лопнуло. Не смей совать сюда носа! - Хуан Антонио оттолкнул ее. - Проваливай!
Иренэ разрыдалась.
- Чего ты добиваешься? Ты хочешь, чтобы я унижалась?
- Я хочу, чтобы ты ушла и забыла о моем существовании.
- Умоляю тебя, не вышвыривай меня на улицу. - Она схватила его за руку. - Что со мной будет?
Хуан Антонио вырвал руку:
- Уходи!
- Я никогда тебе этого не забуду!
- А я постараюсь как можно скорее забыть тебя, как кошмарный сон.
- Ах так… - Иренэ взяла свою сумочку и направилась к двери, но вдруг остановилась и повернулась. - Ты, конечно, богат и владеешь большими заводами, но как бы тебе не пришлось раскаиваться. Маленьких врагов не бывает! - и она вышла, сильно хлопнув дверью.
Хуан Антонио позвал Гуадалупе:
- Лупита, эту женщину сюда больше не пускайте ни под каким предлогом. Вы меня поняли?
- Да, сеньор.
- Спасибо, - Гуадалупе хотела выйти, но Хуан Антонио остановил ее: - Ах да, Лупита!
- Слушаю вас.
- Немедленно, прямо сейчас аннулируйте все ее кредитные карточки.
- Хорошо, сеньор.
- Прямо сейчас!
Глава 28
И вот наступил тот вечер, которого с радостным волнением ждали Хуан Антонио и Даниэла, с удовольствием и любопытством - Ханс, с озабоченностью - Херардо, со смешанным чувством злорадства и горечи - Джина, с мрачным нетерпением - Фелипе. И без того уютная гостиная Даниэлы выглядела особенно привлекательно. Свечи и цветы придавали всему романтично-приподнятый вид. Херардо постарался сразу направить вечер в миролюбивое русло.
- Поверь мне, я действительно очень рад познакомиться с тобой, - сказал он, пожимая руку Хуану Антонио. Даниэла улыбнулась и обняла того за плечи. - Сразу видно, что Даниэла от тебя без ума. А обо мне не надо беспокоиться - у меня свои планы на жизнь.
- Да, кое-что нам уже известно, - лукаво сказала Даниэла.
Херардо смущенно засмеялся.
- Честно говоря, я приревновал, когда Даниэла сказала, что ты за ней ухаживал, - признался Хуан Антонио.
- Как чудесно! Все влюблены! - воскликнула Джина, которую словно бес толкал под ребро. - Жалко, Фелипе, что ты сегодня один. Наверное, твою подружку не отпускают с ипподрома, тем более, по вечерам.
- Да нет, мы частенько с ней… гуляем, - мрачно произнес Фелипе.
- У вас есть знакомая, которая работает на ипподроме? - с интересом спросил Ханс.
- Давайте поговорим о чем-нибудь другом, - сказала Даниэла, садясь в кресло.
- Нет, правда, что это за подружка с ипподрома? - заинтересовался Хуан Антонио.
- Расскажи им, - Джина толкнула Фелипе в бок.
- О чем тут говорить, - махнул тот рукой. - Джина вечно несет невесть что.
- Некоторым нравится, - сказала Джина, обнимая Ханса.
- По-моему, пора приступать к ужину, - поспешила вставить Даниэла.
- Ох! - схватилась за голову Джина. - Наверное, сгорело все, что мы готовили.
- Надеюсь, что нет, - отозвалась Даниэла.
- Только не говори, что ты тоже готовила! - усмехнулся Фелипе.
- Подожди, ты еще пальчики оближешь! - Джина вздернула подбородок.
- Мы готовили вместе, - подтвердила Даниэла. Фелипе недоверчиво хмыкнул.
- Мы сходили в супермаркет и купили все готовое, - объяснила Джина.
- Зачем ты все выдаешь, болтушка? - возмутилась Даниэла. - У нас просто было очень мало времени, - оправдывалась она перед мужчинами.
- Пойдем, я тебе помогу, - сказала Джина, и они вышли на кухню.
Марсело бродил по гостиной в доме Мендесов и разглядывал картины, статуэтки, дорогую японскую аппаратуру. За этим занятием его застал Игнасио.
- Что ты тут делаешь? - строго спросил он.
- Осматриваю дом, - нехотя ответил Марсело. - Я его практически не знаю.
- И незачем, сынок.
- Мне интересно. Что тут плохого?
- А мне это не нравится. Если бы Хуан Антонио увидел тебя здесь…
- Я потому и зашел сюда, что его нет дома, - Марсело взял в руки статуэтку и оценивающе приглядывался к ней. - Он, кажется отправился к своей невесте?
- Да, к сеньорите Даниэле.
- А она, небось, уже губы раскатала на бабки вашего патрона, а? - засмеялся Марсело.
- Не смей так говорить. Она очень богатая женщина, у нее свой Дом моделей.
- Как, неужели это Даниэла Лорентэ? - Марсело вдруг посерьезнел и задумался.
- Именно, - Игнасио тоже задумался и, нахмурившись, спросил: - Послушай, Марсело, а почему ты никогда не рассказываешь о своей работе?
- А что тут рассказывать?
- Чем ты занимаешься? Тебе это нравится?
- Очень! Я просто счастлив, что весь день ношусь по этажам. То принести почту, то передать один пакет, то забрать другой, то слетать в банк… Очень весело. И зарплата сказочная. - Он перелистал какую-то книгу и снова поставил на полку.
- Надо ведь с чего-то начинать. Не жалуйся.
- Ничего не скажешь, славную работенку нашел мне Хуан Антонио по вашей просьбе. Странно еще, что он не сделал меня уборщиком, - он зло посмотрел отцу в глаза.
Недалеко от них, в детской, шел совсем другой разговор. Моника, держала на руках Винни. Мария, сидя на стуле, расчесывала ее длинные пушистые волосы и говорила:
- Да, Моника, Игнасио совершенно прав.
- Я же обещала папе попросить у Даниэлы прощения.
- Вот и правильно. Она не сделала тебе ничего плохого.
- А моей маме сделала, - Моника топнула ногой. - Мамочка, наверное, очень сердится на папу.
- Наоборот. Она должна быть довольна, что папа нашел женщину, которая может заботиться о нем и любить его, как раньше любила она сама.
- А ты откуда знаешь?
- Я ее видела сегодня во сне, и она мне сама сказала.
- Тогда попроси, чтобы она и мне это сказала.
Мария тяжело вздохнула.
Джина с Хансом и Херардо с Фелипе уже ушли. Даниэла вышла с Хуаном Антонио на улицу. В свете фонарей на фоне густой зелени и ночного неба, она показалась ему особенно прекрасной. Ветерок шевельнул ее волосы. Она тряхнула головой и сказала:
- Слушай, а давай завтра заедем за Моникой в школу. Мне кажется, она будет рада.
- Это мысль! - обрадовался Хуан Антонио. - А заодно поговорим с ее подружкой Летисией.
- Я возьму это на себя, хорошо? - предложила Даниэла.
- Знаешь что я тебе скажу, - задумчиво произнес Хуан Антонио.
- Что?
- Я очень тебя люблю.
- А-а! - улыбнулась Даниэла. - А знаешь, что скажу тебе я?
- Что?
- Я тебя тоже.
И они поцеловались.
- Даниэла, давай скорей поженимся, - задыхаясь от счастья, прошептал Хуан Антонио. - Чего нам ждать?
- Как только Моника даст согласие, мы поженимся.
- А если она не даст?
- Значит, мы расстанемся.
- Что?! - возмущенно спросил Хуан Антонио.
Даниэла рассмеялась и обняла его.
Джина шла по ночной улице, взяв Ханса под руку.
- О Фелипе ты не беспокойся. Он потерял меня, и теперь пусть терпит…
- Он был очень сердит. А что у него за подружка с ипподрома?
- А-а! - засмеялась Джина. - Видишь ли, Ханс, Фелипе обожает скачки и не вылезает с ипподрома. И там есть одна кобылка, на которую он часто ставит. Так вот, я шучу, что это его подружка.