– Я не смогу задержаться, – ответил Хуан Антонио.
– Но ведь это всего два-три дня… – Иренэ капризно поджала губы.
– Оставайся сама, если хочешь, – равнодушно предложил Хуан Антонио. – А я возвращаюсь в Мехико.
– Если ты из-за Моники… – начала Иренэ, но Хуан Антонио резко оборвал ее:
– Ешь скорее! Шоу вот-вот должно начаться.
Они молча закончили ужин и вышли из ресторана.
У входа в концертный зал Хуан Антонио неожиданно заявил, что ему надо в туалет.
– Раньше не мог пойти? – с досадой спросила Иренэ.
– Значит, не мог. Ладно, я пойду, – Хуан Антонио повернулся, чтобы идти, но Иренэ схватила его за рукав.
– Я пойду с тобой!
– Господи, Иренэ, о чем ты! Иди садись. Я сейчас приду.
Иренэ нехотя вошла в зал. Хуан Антонио огляделся и бросился по лестнице на верхнюю палубу. Он еще издали увидел Даниэлу. Она стояла спиной к нему, глядя на море, но обернулась, услышав его шаги.
– Я думал, ты не придешь, – сказал он.
– Это безумие. Я не должна была приходить… – тихо проговорила Даниэла, глядя ему в глаза.
– Даниэла… – Он подошел к ней и обнял за плечи.
– Это нехорошо… нехорошо… – шепнула она. – Что с нами происходит?
– А вот что… – Хуан Антонио наклонился к ее лицу и нежно поцеловал в губы.
Даниэла ответила на его поцелуй. Потом они стояли, обнявшись, молча глядя на волны. Морской ветер трепал их волосы. Какие-то люди шли мимо по палубе. Снизу, из недр «Норвея» звучала веселая музыка…
– А как же Иренэ? – наконец опомнилась Даниэла.
– Забудем о ней, хотя бы сейчас… – Хуан Антонио досадливо поморщился.
– Мы не можем о ней забыть. Она существует. Она здесь, на этом корабле. И в любую минуту может появиться.
– Иренэ смотрит шоу, – сказал Хуан Антонио. Он вновь обнял Даниэлу и вновь притянул к себе. Целуя ее, он вдруг осознал, что никто и ничто на свете не заставит его расстаться с этой женщиной…
Глава 20
Хуан Антонио вернулся в каюту и, не раздеваясь, бросился на кровать. Он не зажигал света. В темноте ему лучше думалось о Даниэле. Она тоже любит его! Она сама ему об этом сказала. И ей это было совсем непросто – он видел. Даниэла говорила, что совсем недавно пережила жестокое разочарование. Любимый человек, которого она считала своим мужем, оказался мошенником. Он предал и обманул ее. Хуан Антонио видел, насколько еще свежа эта рана, видел боль в глазах Даниэлы, когда она говорила об этом… Тем ценнее было для него ее «да». Ему хотелось защитить, утешить Даниэлу, хотелось все время быть с ней, каждую секунду повторять ей, насколько она прекрасна… но он понимал ее страхи. Да, она призналась ему в своем чувстве, сказала, что тоже любит его, но теперь она боялась ошибиться не в себе, а в нем – Хуане Антонио. Он умолял ее о новом свидании, обещал, что, как только теплоход вернется в Майами, он расстанется с Иренэ… Он хотел, чтобы они после круиза задержались в Майами еще на несколько дней… Там они могли бы лучше узнать друг друга. Даниэле – это было очевидно – тоже не хотелось расставаться с ним. Он стал ей дорог. Но она настояла на том, чтобы до Майами он больше не искал с ней встреч. Он чувствовал, ей претила эта игра в прятки, которую они затеяли. Если она и включилась в эту игру, то только из-за него. Но дальше так продолжаться не могло. Сколько Хуан Антонио ни убеждал ее в том, что Иренэ совершенно ему безразлична, сомнения не могли не вспыхивать вновь в душе Даниэлы всякий раз, как она видела его под руку с соперницей. Это он – Хуан Антонио – знал, что его сосуществование с Иренэ, которому та всеми силами стремилась придать хотя бы внешние атрибуты счастливого союза, ровным счетом ничего не значит. А Даниэла имела, конечно, все основания в этом сомневаться. Но что же ему было делать? Попробовать достать себе отдельную каюту? Мало вероятно, что это ему удалось бы. Кроме того, зная Иренэ, он предполагал, что скандал разразится жуткий. В поисках виноватых Иренэ, без сомнения, обратит свой гнев на Даниэлу, и эти последние дни на «Норвее» станут для них настоящим адом. Какой же выход? Не бросать же Иренэ в самом деле за борт? Хуан Антонио усмехнулся, живо представив себе эту сцену. Он согласился на требование Даниэлы не искать с нею встреч на «Норвее» в ответ на ее обещание встретиться с ним в Майами. Теперь он собирался вести себя с Иренэ предельно корректно, избегая, по мере возможности любых ситуаций, способных спровоцировать ее на скандал…
Иренэ вернулась после шоу, злая как черт.
– Где ты пропадал? – с порога набросилась она на Хуана Антонио. – Почему ты так и не пришел?!
– Я неважно себя почувствовал и решил прилечь, – объяснил Хуан Антонио.
– Я тебе не верю, – не успокаивалась Иренэ. – Ты ведь был с ней, правда?! Я видела в зале ее подружку и немца, а этой твоей Даниэлы там не было! Наверное, она тоже почувствовала себя плохо… Какое совпадение, а?
– Я не намерен давать тебе объяснения! – завелся Хуан Антонио.
– Ошибаешься! Мы вместе отправились в этот круиз. К тому же, я – твоя невеста!
– Это ты так думаешь! – Хуан Антонио напрочь забыл о своем намерении не ссориться с Иренэ. – Ты сама вбила это себе в голову! Я никогда не говорил, что женюсь на тебе!
– Что?! – Иренэ смотрела на него так, будто эта новость была для нее откровением.
– Ты все решила сама, даже не спрашивая меня, – уже спокойней проговорил Хуан Антонио. – Я больше не намерен этого терпеть!
– Значит, мы не поженимся?
– Нет. И это мое последнее слово. Пойми наконец, я тебя не люблю, не собираюсь на тебе жениться и после того, как закончится этот круиз, не хочу больше видеть тебя!
Глаза Иренэ вспыхнули настоящей ненавистью. Хуан Антонио отвернулся к стене и заявил, что хочет спать. Иренэ несколько секунд смотрела на него. Потом, словно приняв какое-то решение, бросилась вон из каюты.
Даниэла, вернувшись к себе в каюту, застала Джину примеряющей золотой браслет. Лицо Джины сияло от восторга.
– Ханс предложил мне руку и сердце и подарил вот это, – сообщила Джина.
Даниэла, с одной стороны, радовалась за подругу, но с другой – понимала, что дело заходит уже слишком далеко.
– Ты не должна была принимать этот браслет, – сказала она.
– Ах, это разбило бы ему сердце, – беспечно отозвалась Джина.
– И… что ты ему ответила?
– Господи, Дани, я так перепугалась, что попросту сбежала! Лучше расскажи, как у тебя дела с Хуаном Антонио.
Даниэла рассказала ей, что они с Хуаном Антонио договорились не встречаться до Майами.
– Зато уж в Майами тебя ждет настоящий роман! – мечтательно сказала Джина. – А у меня все та же неопределенность… Что я скажу Хансу?
– Не жалуйся… Ты сама создаешь себе проблемы…
В дверь постучали. Даниэла пошла открывать. Едва она приоткрыла дверь, как чьи-то руки схватили ее и выдернули в коридор. Это была Иренэ. Глаза ее горели ненавистью.
– Нам с тобой надо свести кое-какие счеты! – крикнула она. – Я прекрасно знаю, что у тебя было с Хуаном Антонио!
– Пусти меня! – Даниэла попыталась вырваться, но Иренэ крепко держала ее:
– Я тебе покажу, как вешаться на чужих женихов!
В коридор выскочила Джина и одним рывком оторвала Иренэ от Даниэлы. Теперь уже Иренэ пришлось защищаться: Джина была явно сильнее. Протащив Иренэ по коридору, она швырнула ее на лестницу и, отряхнув руки, как после грязной работы, вернулась в каюту. Даниэла сидела на кровати, закрыв лицо руками.
– Не плачь, – Джина подошла к подруге и села рядом с ней. – Тебе бы радоваться надо… Наверняка эта мымра так раскипятилась потому, что Хуан Антонио уже все сказал ей…
– Джина, мне так плохо… – всхлипнула Даниэла. Джина вздохнула и обняла Даниэлу.
Иренэ не знала, что делать дальше. Она дала себе слово еще как-нибудь подкараулить Даниэлу, когда та будет одна, без этой коровы – Джины. Но, конечно, силой тут ничего поделать было нельзя. Воздействовать надо было на Хуана Антонио, а не на Даниэлу. Иренэ решила сделать вид, что ничего не произошло. Она по-прежнему будет внимательна к Хуану Антонио. Будет предупреждать каждое его желание, пропускать мимо ушей все то неприятное, что он может сказать ей. А когда они окажутся в Майами, все может очень скоро измениться к лучшему. Они с Хуаном Антонио вновь окажутся один на один, и уж она – Иренэ – позаботится, чтобы ему было хорошо с ней.