Холодный сквозняк, словно шелковая лента, легко скользнул по коленям, и тихо скрипнула закрывающаяся дверь. С раздражение поднял голову, чтобы взглянуть на человека, решившего без разрешения вломиться в покои правителя. Даже злости от подобной мысли не возникло. Лишь легкий интерес и усталость. Поняв, что это всего лишь Дракур, усмехнулся и вновь опустил голову, гипнотизируя взглядом старый ковер. И правда, кто же другой мог так ко мне вломиться.
– Поднимайся. – В голосе демона мелькнули стальные нотки, будто он разговаривал с подчиненным. Сил спорить не было, и я лишь прикрыл глаза, надеясь, что он просто уйдет и не будет меня тревожить. – ПОДНИМАЙСЯ! – Вновь выкрикнул друг, после чего, так и не дождавшись моей реакции, Дракур схватил меня за рубашку и поднял с пола, будто я ничего не весил. – Хватит разлеживаться, пока твой брат там один всё тянет!
– А какой смысл… – Обреченно улыбнулся я, даже не думая подниматься и крепко стоять на подкашивающихся ногах. Треск ткани, и, не выдержав такого издевательства, ткань рвется, оставаясь в руках взбешенного демона, и я кулем начинаю заваливаться назад, даже не думая как бы то остановить падение.
– Твою налево! – Отбросив кусок рубашки в сторону, Дракур, хватает меня за руку, не давая рухнуть, и тянет вверх. – Да стой же ты нормально! Смысл!? Ты серьезно спрашиваешь о смысле? Совсем с ума сошел! Ты же понимаешь, что увидь тебя кто из темных князей в таком состоянии, и миру на темной стороне придет конец. Мало тебе дроу и вампиров с оборотнями, хочешь еще, чтобы две сильнейшие расы восстали: демоны и драконы? Они же разрушат границу ради своих амбиций.
– Какой смысл… – Словно заведенный повторял я, понимая, что с каждой минутой вдали от жены, жизнь по капле утекает из моего тела. Пусть что хотят, разрушают. Главное оставьте меня в покое. Только демон не хотел поступать по указанию своего повелителя. Он всё так же тряс моё тело, видимо пытаясь дозваться до здравого смыслы. Только было уже поздно. Его давно поглотило самобичевание и беспомощность.
– Кайтан! – Прорычал друг моё имя, заставив вновь посмотреть на него с интересом. Не знал до этого, что моё имя, возможно прорычать. – Если ты сейчас не возьмешь себя в руки, и граница рухнет, вашу фею не спасет ничего! Понимаешь? Ни-че-го! Граница должна выстоять! Ну, включи голову, ты же мужчина! Защитник! – Голос Дракура дрогнул и в нём отчетливо стали слышны нотки иронии и сарказма. – По крайней мере, когда-то был мужчиной! А сейчас что я вижу перед собой? Тряпку, что может только лакать вино и ныть! Что же Идара с вами сотворила. Выглядела такой милой девушкой, а оказалась…
Такое я выдержать уже был не в силах. Дракур мог оскорблять меня, брата, страну, но злословить на мою жену! Не позволю! Мигом вскочив, я вырвался из захвата друга, оставив в его руках при этом очередные куски от превратившейся уже в лохмотья рубашки. Ярость мгновенно заполнила голову и тело, едва не вырываясь из моего рта драконьим пламенем, что было совсем неправильно, учитывая, что я драконом в нашем тандеме родился вовсе не я.
– Оказалась кем? Кем оказалась? – Повысил я голос, отбрасывая куда-то в угол комнаты остатки порванной рубашки. – Ну, давай, договаривай! Что ты хотел сказать? Никто не смеет говорить плохо о моей жене! Даже намекать не смей!
Дракур скрестил руки на груди, скептически осмотрел меня снизу доверху и улыбнулся, глядя мне прямо в глаза, довольный моей реакцией. Я был готов убить его, но даже толики страха не наблюдалось в его глазах.
– Так, на ногах ты самостоятельно уже стоять в состоянии – уже плюс. Осталось дело за малым – сделать что-то с твоей больной головой. Дааа, жаль, что употреблять зелья Григора в большом количестве опасно. Не хотелось бы фее, когда мы её найдём, вместо мужей предоставить двух мычащих и пускающих слюни идиотов. Она нам за вас точно головы поотрывает, и её я боюсь поболее чем вас, Ваше Высочество. – Вновь в голосе друга появились издевательские нотки. Только веселье почти мгновенно пропало из голоса. – Раз взял себя в руки, то иди и помоги брату! На Раштана уже без слёз не взглянешь. Все проблемы скинул ему на плечи и занимался тут самобичеванием.