Наслаждаться? Но как? Я боюсь неизвестности, что впереди. Зная, что я — лиса-оборотень, не надеюсь выйти замуж, как все остальные госпожи Киото. Я не собираюсь познать близость с мужчиной, боясь последствий. Ведь я — рэйко, тёмная лисица, мне и так всю жизнь очень тяжело сдерживать свои тёмные желания, свое любопытство. Меня останавливает лишь страх быть узнанной и воспитание родителей, которые смогли научить меня справляться со своей тёмной стороной. И сейчас я так хочу поддаться обуревающей меня страсти.
— А затем вы избавитесь от меня? — моя сущность дает о себе знать, нотки смелости вселяются в меня. — Позабавитесь с лисой-оборотнем. Как-никак, экзотика, а затем казните, как ёкая, проникшего во дворец?
Ну всё, тёмная лисица является сёгуну. Страх уходит. Остаётся лишь съедающее меня возбуждение и злость на мужчину, желающего ради забавы поразвлечься со мной.
Вон даже мой чёрный хвост является миру и выглядывает из-под полов кимоно.
— М-м-м, так ты ещё и рэйко. Интересно. Никогда бы не подумал, что моей истинной станет лисица, стремящаяся утолить свои тёмные желания, — довольно произносит мужчина, облизывая чуть полноватые губы. — Хотя... — чуть наклоняясь, он вдыхает мой аромат, и довольно произносит: — Точно, ты ведь всё это время сдерживалась. Оно и к лучшему, мне больше достанется.
Вскидывая ладони, хочу оттолкнуть мужчину, хоть боль от узора и нарастает. Однако когда мои руки касаются мускулистой груди, по телу пробегает искра, а разум мутнеет. Я забываю обо всём, о чем думала сейчас. Все моё слабое сопротивление покидает меня. Всё, о чём я могу сейчас думать, так это о сёгуне, нависающим надо мной. Я с восторгом смотрю на него, а затем мои руки невольно скользят по его груди к шее.
Что же я делаю?! Почему так желаю этого мужчину? Всё из-за этой метки и моих лисьих желаний, что я сдерживала так долго? Я слышала, что кицунэ — те ещё развратники. Поэтому всегда подавляла в себе подобные чувства, а тут... всё переворачивается с ног на голову.
— А ты сама, еще не поняла, кто я? — спрашивает он, протягивая руку и проводя пальцем по моим скулам. — У тебя ведь острый нюх, лисичка. Дай себе волю, я позволю тебе почуять меня. Пока не стало слишком поздно.
Повинуясь его приказному тону, я вдыхаю резко окутывающий меня аромат и в удивлении замираю. О богиня Инари, неужели?
— Неужели вы...
Договорить не успеваю, слова застревают в горле, когда за спиной мужчины появляется девять белоснежных хвостов.
— Верно, я — девятихвостый лис, — усмехается сёгун, вставая и снимая с себя остатки одежды. Вижу, насколько сильно он желает меня. — Такой же ёкай, как и ты.
Взъерошенная, заведённая и шокированная я во все глаза смотрю на мужчину, не веря своим глазам.
Девять хвостов гордо возвышаются за спиной сёгуна, извиваясь, словно змеи, а горящие огнём глаза с превосходством смотрят на меня. Его тело мощное, сильное, привлекательное, а его аромат, эти лисьи феромоны ударяют в голову, особенно, когда он перестает скрывать свою сущность и всецело дает мне почуять себя. От него пахнет тмином, терпким мускусом и возбуждением. Я ощущаю это на уровне инстинктов, которые затуманивают мой разум.
Сейчас я не Гэммэй Такаси, а рэйко, тёмная кицунэ, которая жаждет отдаться этому мужчине, который смотрит на меня, словно я самая желанная женщина в Японии.
И мне это нравится.
Во мне словно что-то ломается и открывает волю новым, неизведанным эмоциям и ощущениям. Слова больше не нужны. Лишь ощущения близости этого наглеца, которого умом мне хочется оттолкнуть и сбежать, но физически… Да и если я умру, толку от моих страхов и неприступности? Сначала надо выжить. А получить еще от этого удовольствие, от желания которого голова идет кругом - не такой уж и плохой расклад.
— Хорошо, я... Ах... — я выгибаюсь от боли, охватывающей мою ключицу и плечо.
Она нарастает неожиданно, как и всё происходящее вокруг. Из глаз брызжут слёзы, я не в силах больше сопротивляться этой острой боли, что пробегает по моему телу.
В этот момент мускулистые руки перехватывают меня за талию и притягивают к своему каменному торсу, мои ладони же обхватывают мощные плечи, а вылезшие черные коготки впиваются в белую кожу сёгуна. На его коже выступает пару капелек крови, но на лице лишь довольная улыбка и всё тот же ласкающий меня взгляд.