Вот и первый звоночек, — подумала Анна Семеновна, но промолчала.
Дольше всех соображала Верочка: захлопав ресницами, преданная соратница не поняла, что приказ Пифии относится и к ней.
— Вера, вы тоже, пожалуйста. Собирайтесь домой. Я справлюсь сама.
Обращение на «вы» стало настолько неожиданным, что у Веры выступили слезы на глазах. Не дожидаясь третьего напоминания, схватила свою поддельную сумочку «Гермес» и выскочила из кабинета, забыв в ящике стола сигареты и подаренную прекрасным утренним принцем шоколадку «Аленка», на которой тот нервным почерком (боялся, что увидит невеста) накорябал свой номер телефона.
За двадцать шесть лет совместной работы такое происходило впервые. Не принц, конечно, а то, что Пифия попросила ее удалиться. Принцы, раздаривающие свои номера перед клятвой верности встречались почти ежедневно. Наиболее щедрые не скупились на шоколадки, но обычно дело ограничивалось салфеткой из туалета.
Когда тяжелая дубовая дверь ЗАГСа захлопнулась и Верочка, размазывая слезы, выскочила на тротуар, едва не угодив под велосипедиста в наушниках, Пифия выпрямилась, розовый цвет лица схлынул, и оно стало совершенно белым, матово-восковым.
Тяжелой походкой женщина прошла мимо молодых, заперла дверь на ключ, повернулась на деревянных ногах и сухо произнесла:
— Ты опоздала на пятьдесят шесть лет.
***
Огромное спасибо всем за проявленное внимание к моему произведению!
Очень тронут вашей отзывчивостью и активностью! Буду признателен за лайки, комментарии, добавления в библиотеку. Спасибо вам! И приятного чтения!
Глава 3
— Что? Что она сказала? — повернувшись к невесте, я понял, что проплывшая мимо бесформенная глыба в темной юбке и с пергидрольным начесом только что закрыла дверь ЗАГСа на ключ, отрезав тем самым единственный путь к бегству.
В голове тут же пронеслись мысли — одна хуже другой, но здравый смысл, хоть и с огромным трудом, возобладал. Наверняка я ослышался. А ЗАГС она закрыла, потому что кроме нас никого больше обслужить просто не успеет.
К тому же я видел, что большинство работников уже ушли. Одна дама в спешке едва не попала под велосипед, владелец которого показал ей неприличный жест.
Потом меня пробил холодный пот: я даже не спросил имени своей невесты. Предусмотрена ли в нашем законодательстве уголовная ответственность за фиктивный брак? Ведь даже слепой заметит, что мы не то, что не знакомы, а вообще... чуть ли не с разных планет.
Дернул же меня черт... ещё не поздно отказаться!
Нет. Это как-то не по-мужски... сначала соглашаться, потом отказываться... я снова украдкой взглянул на рыжую красотку, которая напряженно молчала, и не сводила глаз с огромной женщины, пронесшейся мимо нас с удивительной для ее массы легкостью.
Она сделала жест рукой, приглашая нас в зал и воздух от ее широкой ладони всколыхнул мои волосы.
Горький запах пиона, свежий — ландыша, сладковатый привкус какао и... крепкий аромат хорошей сигары: у меня закружилась голова.
— Как хоть тебя зовут? — прошептал я своей подруге.
Она повернулась ко мне. Глаза ее странно блестели и на шее ее только теперь я увидел золотую цепь и на ней кулон с какой-то странной птицей, магнетически сверкающей красным огненным взором.
— Юйя, — сказала она. — Меня зовут Юйя.
— Это что… эстонское?
Она покачала головой.
— А, ну да... ты же Тау...
— Послушай... — сказала она и взяла меня за руку. Ее пальцы были такими холодными, что я покрылся мурашками. — Ещё не поздно отказаться. Ещё не поздно. Потом назад пути не будет. Понимаешь?
Какой-то вселенский холод струился из ее невыносимо печальных глаз, разливался по воздуху сверкающим искрящимся пламенем, будто бы обуявшим этот торжественный холл и люстру над ним и серебристые рожки светильников на стенах и меня самого.
Я посмотрел в отражение одного из зеркал. Увидел высокого светловолосого парня в джинсах и пиджаке, рядом с ним девушку с копной рыжих волос и подумал, что ошибки — точно такие же решения, продвигающие нас по линии жизни.
Я знал, что совершаю ошибку. Знал это. Чувствовал спинным мозгом. Мозгом рептилии, а не тем сверхтехнологичным неокортексом, образовавшимся под действием фейсбука.
— Понимаю. У тебя хоть есть Инстаграм?
— Нет.
— Тогда ты мне подходишь.
Она едва заметно улыбнулась.
— А что такое Инстаграм?
Я хотел было съехидничать, мол, тиктокеры хотя бы в таком месте могли быть поскромнее, но в этот момент из-за закрытых дверей раздался звучный голос: