В конце февраля я на несколько дней вылетел в Калифорнию, чтобы встретиться с Фрэнком Алл ером, Строубом Тэлботтом и подружкой Строуба Брук Ширер. Мы собрались в Лос-Анджелесе, в доме удивительно гостеприимных и щедрых родителей Брук, Марвы и Ллойда Ширер, которые на протяжении многих лет были авторами колонки светской хроники «Парад персонажей Вальтера Скотта», пользовавшейся у читателей очень большой популярностью. Затем, в марте, я отправился в Бостон, где жил Фрэнк, который в то время искал работу журналиста, чтобы снова увидеть его и Строуба. Мы гуляли по лесу, начинавшемуся сразу за домом Фрэнка, и по находящемуся поблизости побережью Нью-Хэмпшира. Фрэнк, казалось, радовался, что вернулся домой, и в то же время грустил. Хотя ему удалось избежать призыва на военную службу и тюрьмы, он, видимо, испытывал муки депрессии, которая, как сказал Тургенев, знакома только молодым и не имеет определенной причины. Я надеялся, что он ее преодолеет.
Как и всегда весной, я испытывал подъем душевных сил. Политические новости были неоднозначными. Верховный суд, стремясь к достижению расового равенства, единодушно поддержал решение о совместных перевозках белых и чернокожих детей на школьных автобусах. Китайцы приняли наше предложение прислать в США команду для игры в настольный теннис в ответ на посещение своей страны американской командой. Продолжались выступления против войны во Вьетнаме. 16 мая сенатор Макговерн, у которого явно появилось намерение баллотироваться в 1972 году на пост президента США, прибыл в Нью-Хейвен. Мне он нравился, и я считал, что у него есть шансы на победу благодаря его героическому прошлому пилота, летавшего во время Второй мировой войны на бомбардировщике, его эффективному руководству программой «Продовольствие для дела мира» при администрации Кеннеди, а также новым правилам выбора делегатов на следующий съезд демократической партии. Макговерн возглавлял комиссию, которая занималась их разработкой и ставила своей целью добиться, чтобы в работе съезда участвовали делегаты обоего пола, представлявшие разные возрастные категории и расы. Новые правила плюс влияние на исход предварительных выборов либералов, выступавших против войны, гарантировали, что во время президентской кампании 1972 года прежние политические руководители будут оказывать на кандидата меньшее давление, а роль активистов партии на процесс его выдвижения усилится. В этой комиссии работал Рик Стернс, и я был уверен, что он проявит достаточную твердость и изобретательность для разработки системы, которая обеспечит благоприятные условия для Макговерна.
С учебой на юридическом факультете и политической деятельностью все складывалось прекрасно, а вот в моей личной жизни царил беспорядок. Я порвал с одной молодой женщиной, и она отправилась к себе на родину, чтобы выйти замуж за своего давнего друга. Потом произошел болезненный разрыв отношений со студенткой юридического факультета. Она мне очень нравилась, но я не считал возможным связать себя с ней брачными узами. Я почти примирился с тем, что остался один, и решил некоторое время не иметь подружки. Однажды на лекции профессора Эмерсона по политическим и гражданским правам, сидя в аудитории на заднем ряду, я заметил девушку, которую никогда не видел раньше. По-видимому, она посещала эти занятия еще реже, чем я. У нее были густые темно-русые волосы, она носила очки и не пользовалась косметикой, однако в ней чувствовались сила и самообладание, которые я редко встречал как в мужчинах, так и в женщинах. После занятий я вышел вслед за ней, намереваясь представиться. Оказавшись совсем близко от девушки, я протянул было руку, чтобы коснуться ее плеча, но сразу же отдернул. Реакция была почти физической. Каким-то таинственным образом я понял, что это будет не обычное похлопывание по плечу, что, возможно, я вступаю в отношения, которые не смогу прекратить.