Я был также доволен тем, что Роджер и мама не позволили себе слишком огорчаться из-за использования Уайтом в ходе его кампании проблем Роджера с наркотиками. Выйдя из тюрьмы, мой брат шесть месяцев провел в учреждении для реабилитации бывших заключенных в штате Техас, а затем перебрался на север Арканзаса, где работал у нашего друга на бензозаправочной станции быстрого обслуживания. Он собирался переехать в Нашвилл, штат Теннесси, и настолько выздоровел, что эта старая история не вывела его из равновесия. Мама была счастлива с Диком Келли и к этому времени уже понимала, что политическая деятельность — жесткая игра, в которой единственно возможный ответ на удар ниже пояса — это победа.
На выборах в ноябре я получил 64 процента голосов, в том числе 75 процентов в Литл-Роке. Меня радовало, что эта победа дала мне возможность полностью опровергнуть намеки на то, что я злоупотреблял служебным положением на посту губернатора и что ко всему этому имели какое-то отношение наркотики. Хотя я жестко вел свою кампанию, злопамятность была мне не свойственна. Со временем я стал лучше относиться к Фрэнку Уайту и его жене Гэй и с удовольствием работал вместе с ним над разными программами. У него было великолепное чувство юмора, он любил Арканзас, и когда в 2003 году Фрэнк умер, меня это очень огорчило. К счастью, я примирился и с Джеком Стивенсом.
Я воспринимал предвыборную кампанию, в ходе которой моими конкурентами были Фобус и Уайт, как борьбу с прошлым Арканзаса и с появившейся в политической жизни тенденцией к уничтожению репутации соперника. Защищая наши реформы в области образования и стимулируя наши экономические инициативы, я хотел, чтобы люди сосредоточили внимание на этих проблемах и на будущем штата. Газета Memphis Commercial Appeal сообщила, что «речи Клинтона по этим вопросам в ходе предвыборной кампании в равной степени напоминают семинары по экономике и призыв отдать за него голоса, и, по общему мнению большинства политических экспертов, эта стратегия срабатывает».
Я часто рассказывал о своем посещении химического завода Arkansas Eastman в сельском округе Индепенденс. Во время этой поездки принимавший меня человек говорил о том, что все оборудование, предотвращающее загрязнение окружающей среды, управляется компьютерами, и хотел, чтобы я познакомился с одним из их сотрудников. Он так превозносил этого парня, что к моменту моего прихода в компьютерный центр я ожидал встретить человека, сочетавшего в себе черты Альберта Энштейна и Волшебника страны Оз. Однако оказалось, что парень, работающий на компьютерах, носит джинсы с поясом, украшенным большой серебряной пряжкой, как у участника родео, ковбойские сапоги и бейсболку, слушает музыку в стиле кантри и жует табак. Он начал с того, что сказал мне: «Мы с женой собираемся голосовать за вас, потому что нам нужно, чтобы было больше таких рабочих мест». Этот малый, истинный арканзасец, выращивал скот и разводил лошадей, но понимал, что его благополучие больше зависит от знаний, чем от того, что он может делать руками. Он понимал, каким должно быть будущее, и хотел занять в нем достойное место.
В августе, когда в Хилтон-Хеде, Южная Каролина, состоялась конференция Национальной ассоциации губернаторов США, я стал ее председателем и отпраздновал свой сороковой день рождения. Я уже согласился возглавить Комиссию штатов по образованию, которая обобщала лучшие идеи и практические методы в области образования и занималась их распространением по всей стране. Ламар Александер также назначил меня сопредседателем целевой группы губернаторов от демократической партии, занимавшейся реформой системы социального обеспечения, которая должна была в сотрудничестве с Белым домом и Конгрессом разработать такие предложения по улучшению системы социального обеспечения, чтобы они способствовали большей занятости, укреплению семей и удовлетворению основных потребностей детей. Хотя в 1985 году я добился увеличения скудных ежемесячных социальных субсидий в штате Арканзас, мне хотелось, чтобы социальное обеспечение было только промежуточной станцией на пути к материальной независимости его жителей.