Двадцать девятого июня я наконец достиг компромисса с республиканцами по законопроекту о сокращении бюджета, после того как они согласились оставить в бюджете пункт о выделении более 700 миллионов долларов для финансирования образования, «Америкорпс» и нашей программы обеспечения населения чистой питьевой водой. Это компромиссное решение стало возможным не в последнюю очередь благодаря сенатору Марку Хэтфилду — председателю сенатского комитета по ассигнованиям и прогрессивному республиканцу «старой школы», тесно сотрудничавшему с Белым домом.
На следующий день я отправился в Чикаго на встречу с сотрудниками полиции и гражданами, которые были ранены преступниками, стрелявшими из штурмового оружия. На этой встрече я высказался в поддержку законопроекта о запрете на продажу штурмового стрелкового оружия и обратился к Конгрессу с просьбой поддержать предложение сенатора Пола Саймона о внесении в него также запрета на продажу «убийц полицейских» — патронов, пробивающих бронежилеты. Офицер полиции, представлявший меня аудитории, сказал, что не получил не единой царапины в ожесточенных боях во Вьетнаме, но дома, в США, чуть не погиб от руки преступника, который буквально изрешетил его пулями, выпущенными из штурмовой винтовки. Продажа патронов, способных пробивать защитные бронежилеты, используемые полицейскими, уже была запрещена действующим законодательством, однако в нем оговаривалась не пробивная способность пули, а материал, из которого она изготовлена. Изобретательные производители быстро перешли на использование других материалов, которые не упоминались в законе, и продолжали выпускать патроны, пули которых пробивали бронежилеты и убивали полицейских.
Я знал, что Национальная стрелковая ассоциация наверняка будет выступать против этого закона, но она уже утратила то влияние, которым пользовалась в 1994 году. После того как исполнительный директор NRA назвал полицейских офицеров «агрессивными головорезами», бывший президент Джордж Буш в знак протеста вышел из ассоциации. За несколько месяцев до этого комик Робин Уильямс на одном из представлений в Калифорнии высмеял протесты NRA против запрещения продажи «убийц полицейских» таким образом: «Конечно, их нельзя запрещать. Они нужны охотникам. Ведь где-нибудь в лесу им может встретиться олень в пуленепробиваемом жилете из кевлара!» Тогда, в начале второго полугодия 1995 года, я надеялся, что шутка Робина и протест президента Буша станут первыми свидетельствами более здравого отношения к проблеме контроля над продажами огнестрельного оружия.
В июле межпартийные баталии немного утихли. 12 июля в средней школе имени Джеймса Мэдисона в городе Вена, штат Вирджиния, я продолжил свои усилия, направленные на объединение американского народа — на этот раз по вопросу свободы совести.
Велось много дискуссий о допустимых пределах религиозного самовыражения в школах. Некоторые руководители школ и учителя считали, что такие проявления противоречат Конституции. Они были не правы. Школьники имели право молиться в школах вместе или индивидуально; школьные религиозные клубы имели такие же права, как и любые другие факультативные клубы. В свое свободное время ученики имели право читать религиозные тексты; они могли выражать свои религиозные взгляды в домашних работах и сочинениях, если это соответствовало теме задания; могли носить футболки с религиозной символикой, если в данной школе вообще разрешались футболки с какой-либо символикой.
Я поручил министру образования Райли и генеральному прокурору Рино подготовить подробные разъяснения относительно того, какие формы религиозного самовыражения допустимы в школах, и разослать копии этого документа во все школьные округа Америки до начала следующего учебного года. После того как такая брошюра была получена администрациями школьных округов, существенно сократилось число конфликтов и судебных исков, а мы в результате получили поддержку людей самых разных религиозных и политических взглядов.