В начале лета произошло несколько приятных событий — как дома, так и за границей. Во втором туре выборов, которые состоялись 3 июля, Борис Ельцин вынужден был бороться с ультранационалистом Геннадием Зюгановым. В первом туре разрыв между ними был небольшим, но Борис уверенно победил во втором туре благодаря энергичной кампании, которую он вел на всей территории страны и которая включала предвыборные мероприятия, встречи с избирателями и телерекламу в американском стиле. Выборы подтвердили легитимность политики Ельцина, направленной на укрепление демократии, модернизацию экономики и расширение контактов с Западом. У России все еще оставалось много нерешенных проблем, но я полагал, что она движется в правильном направлении. Ситуация в Америке также менялась к лучшему: безработица снизилась до 5,3 процента, было создано 10 миллионов новых рабочих мест, рост экономики составил 4,2 процента за квартал, а бюджетный дефицит уменьшился вдвое по сравнению с началом моего президентства. Сохранился и рост заработной платы. На следующий день цены акций на американском фондовом рынке упали на 115 пунктов, и я вновь поддел Боба Рубина, сказав, что на Уолл-стрит почему-то очень не любят, когда дела у средних американцев идут хорошо. На самом деле все было гораздо сложнее. Рынок ориентируется на будущее, и если сегодня на нем сложилась благоприятная ситуация, инвесторы считают, что в будущем она непременно ухудшится. Однако вскоре они изменили свою точку зрения, и цены на акции снова стали расти.
Семнадцатого июля неподалеку от Лонг-Айленда взорвался самолет компании TWA, следовавший рейсом №800. В результате взрыва погибло около 230 человек. Вначале решили (как оказалось позже, ошибочно), что это был теракт. Высказывались даже предположения о том, что самолет был сбит ракетой, выпущенной с одного из кораблей, стоявших в проливе Лонг-Айленд. Хоть я и предостерегал против поспешных выводов, было совершенно очевидно, что нам необходимо укреплять безопасность нашей гражданской авиации.
Мы с Хиллари отправились в Нью-Йорк, чтобы встретиться с семьями погибших. На этой встрече я объявил о новых мерах по усилению безопасности полетов. Мы занимались этой проблемой с 1993 года. В числе прочих мер предлагалось модернизировать систему управления воздушным движением, увеличить число авиадиспетчеров на 450 человек и унифицировать требования к безопасности, а также провести испытания новых высокотехнологичных устройств для обнаружения взрывчатых веществ. Я также сказал, что значительно большая, чем в настоящее время, часть сданного пассажирами багажа и ручной клади как на внутренних, так и на международных рейсах будет проверяться вручную, а груз и салон самолета перед каждым вылетом будут тщательно осматриваться. Кроме того, я попросил Ала Гора возглавить комиссию, которая будет проводить проверку безопасности авиаполетов и системы управления полетами, и представить отчет через сорок пять дней.
Всего через десять дней после гибели самолета был совершен теракт на Олимпийских играх в Атланте: от взрыва самодельного взрывного устройства погибли два человека. Мы с Хиллари присутствовали на церемонии открытия игр, во время которой знаменитый боксер Мухаммед Али зажег олимпийский огонь. Хиллари и Челси проводили на различных соревнованиях, вошедших в программу Олимпийских игр, значительно больше времени, чем я, но мне также удалось встретиться с американской командой и спортсменами из других стран. Ирландские, хорватские и палестинские спортсмены поблагодарили меня за помощь, оказанную Америкой в установлении мира в их странах. Спортсмены из Северной и Южной Кореи обедали за одним столом и дружески общались между собой. Олимпиада символизировала все лучшее, что было в мире, и помогала людям забыть старые разногласия. Самодельная бомба, взорванная доморощенным террористом, которого так и не сумели найти и арестовать, стала напоминанием о том, насколько уязвимыми могут быть силы мира и прогресса перед ударами тех, кто отвергает ценности и нормы мирового сообщества.