Во вторую неделю месяца китайский премьер Чжу Жунцзы прибыл с первым в его карьере официальным визитом в Белый дом, надеясь разрешить оставшиеся проблемы со вступлением Китая во Всемирную торговую организацию. Мы добились существенного прогресса и ликвидировали ряд разногласий, но проблемы все же оставались, включая наше желание получить более широкий доступ на китайский автомобильный рынок и настойчивое требование Китая ограничить пятью годами действие нашего соглашения о «предотвращении наплыва». В соответствии с ним Соединенные Штаты могли ограничить неожиданное резкое увеличение импорта китайских товаров в США, если оно превышает экономически обоснованный уровень. Этот вопрос был очень важен для Америки, потому что мы уже сталкивались с проблемой «наплыва» в сфере импорта стали из России и Японии, а также в ряде других случаев.
Шарлин Баршефски сказала мне, что китайцы уже пошли на большие уступки и нам следует заключить соглашение, пока Чжу находится в Соединенных Штатах, чтобы на родине его позиции не оказались ослабленными. Мадлен Олбрайт и Сэнди Бергер с ней согласились, а вот другие члены «экономической команды» — Рубин, Саммерс, Сперлинг и Дейли, а также Джон Подеста и мой советник по вопросам законодательства Ларри Стайн — выступали против. Они считали, что, если мы не добьемся еще большего прогресса, Конгресс отвергнет соглашение и помешает вступлению Китая в ВТО.
До начала официального визита Чжу Жунцзы я пригласил его вечером в Желтый овальный кабинет и откровенно сказал, что мнения моих советников разделились, но, если он считает, что важно заключить соглашение во время его визита в Соединенные Штаты, мы можем поработать ночью. Чжу ответил, что если сейчас не совсем удачное время, то можно подождать.
К несчастью, ложная информация о том, что мы уже договорились, просочилась в прессу, поэтому, когда выяснилось, как все произошло на самом деле, Чжу поставили дома в вину сделанные нам уступки, а меня подвергли критике за то, что под давлением противников вступления Китая в ВТО я не заключил хорошее соглашение. Положение еще более усугубилось из-за многочисленных антикитайских статей в прессе. Еще не было опровергнуто заявление о том, что китайское правительство финансировало избирательную кампанию 1996 года, и сотрудника национальной энергетической лаборатории в Лос-Аламосе, штат Нью-Мексико, Вен Хо Ли, китайца по происхождению, продолжали обвинять в краже секретных технологий для передачи их Китаю. Вся моя команда хотела, чтобы Китай уже в этом году вступил в ВТО, но, с учетом сложившихся обстоятельств, достижение этой цели было затруднено.
Двенадцатого апреля жюри присяжных вынесло вердикт по обвинениям, выдвинутым Кеннетом Старром против Сюзан Макдугал. Сюзан обвинялась в препятствовании правосудию и преступном неуважении к суду за постоянный отказ давать свидетельские показания перед большим жюри. По первому пункту обвинений Сюзан была оправдана, а по второму, судя по сообщениям прессы, мнения членов жюри разделились (семеро выступили за оправдание, пятеро — против), и присяжные не смогли вынести приговор. Это был поразительный вердикт. Макдугал признала, что отказывалась выполнять постановление и давать свидетельские показания потому, что не доверяла Старру и его главному заместителю Хику Юингу. Однако Сюзан заявила, что теперь, когда проводится открытое судебное заседание, она будет рада ответить на любые вопросы, которые офис независимого прокурора хотел задать ей во время закрытых судебных слушаний перед большим жюри. Макдугал сказала, что, хотя ей и предлагали иммунитет от судебного преследования, она отказалась сотрудничать с офисом независимого прокурора, потому что Старр и его подчиненные неоднократно пытались заставить ее лгать, чтобы получить возможность предъявить обвинения Хиллари или мне, и Сюзан считала, что, если она даст правдивые показания перед большим жюри, Старр предъявит ей обвинения за отказ давать ложные показания. Для своей защиты она пригласила в суд Джулию Хайет Стил, которая подтвердила, что с ней Старр именно так и поступил, предъявив ей обвинения после того, как она дважды отказалась солгать перед большим жюри.
Эта победа не могла вернуть Сюзан Макдугал потерянные годы, но ее оправдание стало горьким поражением для Старра и радостным триумфом для всех тех людей, кому он сломал жизнь и чье финансовое положение подорвал.
Двадцатого апреля Америка пережила еще один ужасный инцидент со стрельбой в школе. В средней школе Коломбайн в Литлтоне, штат Колорадо, два вооруженных школьника открыли стрельбу по своим одноклассникам, убив двенадцать из них и ранив более двадцати, после чего совершили самоубийство. Могло быть еще хуже. Один из учителей, который потом скончался от ран, вывел большую группу школьников в безопасное место. Многих спасли медики и офицеры полиции. Через неделю я вместе с группой конгрессменов от обеих партий и мэров объявил о некоторых преобразованиях, призванных затруднить доступ к огнестрельному оружию тем, в чьи руки оно не должно попадать: распространил действие закона Брейди на несовершеннолетних лиц, склонных к насилию; закрыл в законодательстве «дыру покупок на выставках», потребовав, чтобы люди, приобретающие там огнестрельное оружие, подвергались проверке точно так же, как и покупатели в магазинах, как это происходило раньше; усилил меры против незаконного ввоза и продажи оружия; запретил несовершеннолетним владеть штурмовым стрелковым оружием. Я также предложил выделить средства, чтобы помочь школам организовать эффективные программы по предотвращению насилия и разрешению конфликтов, аналогичные той, с которой я ознакомился в средней школе имени Т.С. Уильямса в Александрии, штат Вирджиния.