Изучая жизнь в Оксфорде и Англии, я в то же время старался следить за ходом предвыборных баталий на родине и с нетерпением ждал получения бюллетеня для отсутствующих избирателей, чтобы принять участие в первом в моей жизни голосовании. Несмотря на непрекращающиеся в городах беспорядки и студенческие демонстрации, позиции Хамфри укрепились. После того как он заявил о своей независимости от Линдона Джонсона по вьетнамской проблеме, упреков в его адрес стало гораздо меньше, а число сторонников среди молодежи увеличилось. Маккарти в конце концов объявил о поддержке Хамфри в своей обычной бесстрастной манере, добавив, что не будет добиваться переизбрания в Сенат в 1970 году и баллотироваться на пост президента в 1972-м. Уоллес тем временем допустил грубую ошибку, избрав кандидатом на пост вице-президента бывшего начальника штаба ВВС Кертиса Лимея. Лимей, который за пять лет до этого, во время ракетного кризиса, требовал от президента Кеннеди нанесения бомбового удара по Кубе, дебютируя в качестве кандидата, заявил, что ядерное оружие— «всего лишь один из видов вооружений в нашем арсенале» и что «применение его во многих случаях даст наибольший эффект». Подобные высказывания заставили Уоллеса оправдываться, и его уже ничто не могло спасти.
Никсон придерживался стратегии, которая, по его мнению, должна была обеспечить ему победу, поэтому он раз за разом отвергал приглашения принять участие в дебатах с Хамфри. Его беспокоили лишь постоянные невыигрышные сравнения Спиро Агню с партнером Хамфри сенатором Маски и опасения, что Джонсон преподнесет «октябрьский сюрприз» — добьется прорыва на мирных переговорах в Париже, заключив соглашение о прекращении бомбардировок. Сегодня уже известно, что кампания Никсона опиралась на инсайдерскую информацию о переговорах, исходившую от Генри Киссинджера, который, являясь консультантом Аверелла Гарримана, имел непосредственное отношение к парижским переговорам, а потому был в курсе происходящего. Известно также, что руководитель избирательной кампании Никсона, Джон Митчелл, оказывал давление на президента Южного Вьетнама Тхиеу через приятельницу Никсона Анну Шенно с тем, чтобы тот не уступал Линдону Джонсону и не соглашался участвовать в переговорах вместе с южновьетнамской оппозицией — Национальным фронтом освобождения. Джонсон знал об усилиях, предпринимаемых командой Никсона, из телефонных переговоров Анны Шенно с послом Южного Вьетнама в Вашингтоне, которые прослушивались с санкции Министерства юстиции. В последний день октября президент Джонсон объявил о полном прекращении бомбардировок, о согласии Ханоя на участие в переговорах Южного Вьетнама и о признании США права участвовать в них представителей Национального фронта освобождения.
Ноябрь принес надежду Хамфри и его сторонникам. Результаты опросов демонстрировали его быстро растущую популярность, а сам он казался уверенным в том, что мирная инициатива принесет ему победу. Однако 2 ноября, за день до выборов, президент Тхиеу объявил об отказе от участия в переговорах вместе с представителями Национального фронта освобождения. По его словам, это привело бы к созданию коалиционного правительства с участием коммунистов, а он был намерен вести дела только с Северным Вьетнамом. В лагере Никсона тут же намекнули, что Линдон Джонсон поспешил с мирной инициативой, чтобы помочь Хамфри, не уделив должного внимания ее дипломатической подготовке.
Джонсон пришел в ярость и сообщил Хамфри все, что ему было известно о попытках действовавшей от имени Никсона Анны Шенно сорвать переговоры. Необходимости скрывать это из опасения навредить президенту Тхиеу уже не было, но, как ни странно, Хамфри не воспользовался представившейся ему возможностью, решив, что раз по данным опросов его популярность была практически такой же, как у Никсона, то он сумеет победить и без этого. Кроме того, Хамфри, по всей видимости, опасался обратной реакции, поскольку у него не было прямых доказательств того, что Никсону было известно, чем занимались Джон Митчелл и другие, действуя от его имени. Однако подозрения, что Никсон имел прямое отношение к этим без преувеличения предательским действиям, были все же очень сильны. Джонсон был страшно зол на Хамфри, и я уверен, что он позволил бы этой информации просочиться в прессу, если бы баллотировался сам. Не упустил бы момента и Никсон, окажись он на месте Хамфри.