– Потому, что Никто считает Валерию свой собственностью, – тихо сказал он, и снова уставился в окно.
– Как это? – возмутилась Ирма, глядя то на меня, то на Влада.
– Не это сейчас важно, – возмутилась я – Важно то, что мы теперь понимаем, что происходит.
– Если ты права. А если нет? – спросил Косой.
– Я права, – с абсолютной уверенностью повторила я.
– Ладно, давайте еще раз сформулируем суть, – сказал Игорь. – Ты предполагаешь…
– Я знаю, – поправила его я.
– Ладно… Ты знаешь, что Умбра пытается уничтожить наш мир?
– Не уничтожить, а поглотить. Умбра тащит сюда свой мир, или ,наоборот, наш – в свой, пока непонятно, да, в общем-то, и не это важно. Ясно одно – он, неизвестно как, складывает два мира воедино – свой собственный и наш. Они накладываются друг на друга, как два листа бумаги, сливаясь вместе, в одно. Эти кристаллы – это часть его мира. Верхушка айсберга, которая прорастает в наш мир как, – я задумалась, подбирая подходящую аналогию, – Как грибок. Впивается в нас шипами и прорезает материю нашего мира. Зубами впивается в нашу вселенную и поглощает все живое.
– Если это – как сложить два листа бумаги, то все случилось бы мгновенно, – предположил Игорь.
–Значит, сложить два мира все-таки немного сложнее, чем два листа бумаги, и на это нужно немного больше времени, но принцип тот же. Потихоньку два мира сталкиваются, и более сильный поглощает более слабого.
Тут в моей голове снова вспыхнуло. Яркая картинка, перебивающая собой все, заслоняющая реальность на считанные доли минуты, крошечные мгновения, в течение которых в моей голове проносятся образы, от которых я забываю все, о чем говорила до этого. Я замолчала, закрыла глаза, словно меня пронзил приступ резкой головной боли, а затем усилием воли вернулась к разговору, отогнав от себя картинку. Влад заметил это и ехидно улыбнулся. Он знал, что со мной происходит. Я ему рассказала и теперь искренне жалела об этом.
– Что с тобой? – спросил Косой.
Влад раскрыл было рот, чтобы поведать мою тайну миру, но я резко перебила его:
– Все нормально. Голова побаливает.
– Давно болит? Сильно?
Косой принялся допрашивать меня, справедливо приписывая мои «приступы» к поздно проявившимся эффектам моей вчерашней глупости. Я сказала ему, что все объясню после того, как мы обсудим дела первостепенной важности. Он согласно кивнул.
– Где Великая? – задала я вопрос, который следовало задать гораздо раньше. – Где её носит?
– Они с Водяным полетели на разведку туда, где живет Умбра, – ответила Ирма. – Они улетели как раз перед твоим возвращением.
– И когда вернуться?
– Не знаю. Думаю, скоро.
– А вдруг с ними что-то случилось? Есть способ связаться с ними?
Ирма отрицательно покачала головой.
Повисло молчание. Каждый думал о чем-то, чего не хотел говорить остальным, но в общем и целом, каждый из нас пытался понять, насколько справедливо мое доверие к чудовищу из другой вселенной, которое, к тому же, всего лишь приснилось мне? И тут все можно свести к уравнению гораздо более простому – верят ли они мне? Ответив на простое, можно легко решить уравнение сложное, но пока никто ничего не говорил. Каждый пытался почувствовать правильный ответ, а на это нужно время.
– Ладно, – протянул задумчиво Влад. – Давайте, мы вернемся к этому позже, – озвучив то, что висело в воздухе.
На этом мы и сошлись. На выходе из кухни Косой окликнул меня и Влада.
– Давайте-ка проясним, что за «головные боли» мучают Валерию, – предложил он нам. Влад улыбнулся и пожал плечами в знак равнодушного согласия. Я просто кивнула. Мы решили продолжить разговор в кабинете Влада.
Когда мы пришли, Ольга сидела на полу, зарывшись голыми пятками в мягкий ковер. Она читала одну из книг Влада, и когда мы вошли, сразу же закрыла ее. Она поднялась на ноги, обулась в мягкие туфли и молча, не говоря ни слова, вышла из кабинета, оставив книгу на краю стола. Такая покорность и молчаливое смирение меня покоробили.
– Что за дрессировка? – спросила я Влада, когда за девушкой закрылась дверь.
– Это не дрессировка, а логика и ум. Тебе чуждо и то и другое, поэтому тебе это кажется диким.
– Мне кажется это диким, потому что она даже не знает, о чем мы собрались говорить. Может, ничего секретного? Может, она нам и не помешает? Откуда ей знать, что…
И снова вспышка – яркая картина возникла в моей голове, переключая все внимание на себя, отсекая от меня весь внешний мир. На этот раз она была такой откровенной, что я покраснела.
– Боже ты мой… – прошептала я, закрывая лицо руками и всем сердцем желая провалиться сквозь землю.
Влад поднял глаза, посмотрел на меня и тихо засмеялся, усаживаясь на то место, где только что сидела Ольга. Косой уставился на меня изучающим взглядом. Дождавшись, когда все прошло, и я открыла лицо, Косой заговорил: