– А если ты день не поработаешь, у тебя там прямо всё развалится? А нафига тогда ты всех остальных держишь? Если они ничего не могут.
– Очень умная, да? – мрачно поинтересовался Дымов. У Ирки наслушалась? И заключил: – Яйца курицу не учат.
– Я тогда врача вызову, – даже на секунду не задумавшись, пригрозила Бэлла. – Он точно скажет, что лучше сейчас отлежаться. Поспать.
Дымов прикрыл ладонями лицо, тихонечко застонал, и тут же над ухом раздалось показательно обеспокоенное:
– Тебе совсем плохо? – А сразу следом назидательное: – Вот видишь.
Ну и зараза! Ещё и измывается.
– Да, плохо! – стараясь не обращать внимание на то, что каждое произнесённое громко слово отзывалось дополнительной болью в голове, воскликнул Дымов. – Очень плохо! Но неотложку вызывать не надо. Просто сгинь уже!
– А… – начала Бэлла, но на этот раз он не дал ей и слово сказать, со стуком захлопнул крышку ноутбука.
– Хорошо! Я пойду и лягу. Вот прямо сейчас. – Он демонстративно поднялся, хоть и не слишком резко. – Видишь? Встал и уже иду.
Дымов действительно поднялся с кресла, двинулся на выход, потом по коридору к двери собственной комнаты. Бэлла не отставала, топала следом, и он остановился, оглянулся.
– Ты меня так и будешь конвоировать?
Она ничуть не смутилась, подтвердила охотно:
– Ага. Пока не увижу, что ты лёг.
Ну за что ему это? За что? Вот недаром считают – не делай людям добро, ибо сядут на шею и ножки свесят. Так и есть.
Дымов ощущал и раздражение, и негодование, и злость, но обиды и сожаления почему-то не было.
Конечно, раздеваться он не стал, потому что Бэлла реально запёрлась за ним в комнату и планировала точно удостовериться, что он уляжется в кровать. Он и лёг, прямо в домашних штанах, накрылся одеялом, отвернулся.
Ну теперь-то она от него отстанет? Или не отвалит, пока он не уснёт?
Не, кажется, вышла, осторожно прикрыв дверь. Дымов перевалился на другой бок, убедился, что комната опустела, прикрыл глаза. Это и правда самое разумное – отлежаться, проспаться. И не развалится его контора без него, потому что работа отлажена. Он отладил. И люди у него отличные. Ещё всякие мартышки будут ему выговаривать. Ну надо же. Тоже мне…
Сон накрыл незаметно, навалился в одно мгновение, и точно так же отступил. Но глаза Дымов открыл не сразу, сначала оценил собственное состояние.
Чугунный шар из головы исчез, хотя тяжесть отчасти осталась. И туман. Но так всегда после сна, и скоро должно пройти, а значит, не обязательно снова вырубаться, можно вставать. Но всё-таки для начала глаза лучше открыть. И стоило это сделать, как взгляд прямиком упёрся в Бэллу.
Та сидела в кресле возле окна, слишком погружённая в своё занятие, поэтому, что Дымов проснулся, она не заметила. Забралась прямо с ногами, откинулась на спинку, голова чуть наклонена, взгляд вниз. Губы время от времени едва заметно шевелились, а иногда она закусывала нижнюю и сосредоченно хмурила брови.
Несколько прядок свисало на лоб, и пару раз Бэлла приподнимала руку, заправляла самую непослушную за ухо, но та опять выскальзывала.
Забавно. И чем она таким занята?
Она… Да ладно! У неё на коленях лежала книга, и Бэлла её читала. Реально – читала.
Это что? Он всё ещё спал и видел сон? Или у него лихорадка, бред, галлюцинация?
Дымов даже приподнялся, не удержавшись, выдохнул удивлённо:
– Ты книгу читаешь?
Получилось тихо и слишком осипло, но Бэлла услышала, вскинула голову, уставилась исподлобья.
– А ты, что ли, думал, что я неграмотная?
– Нет, конечно. Но… – Дымов сел на кровати. – Уметь читать и читать – это всё-таки разное.
Бэлла недовольно насупилась, но всё-таки ответила.
– Это по фотографии.
Приподняла книгу с колен, развернула к Дымову переплётом. Обложка обычная, синяя и довольно невзрачная, но слово «Фотография» на ней точно имелось.
– И где ты её взяла? – поинтересовался он озадаченно, предположил совсем уж невероятное: – В библиотеке?
Если она ответит «да», то Дымов будет точно знать, что бредит.
– В магазине, – снисходительно поправила Бэлла.
С одной стороны, уже легче, но вот с другой…
– Тоже стащила?
– Да почему? – возмутилась она, заверила с праведным негодованием: – Купила.
– На что? – уточнил Дымов.
Может и не совсем порядочно по отношению к ней сразу строить такие предположения, но ведь повод имелся. И как-то само напрашивалось сразу удостовериться, что всё нормально, что нет никаких глупых проблем. Не потому как он дрожал за своё барахло, боялся – Бэлла всё-таки что-то спёрла тайком и загнала. А потому как не хотел, чтобы она чем-то подобным до сих пор занималась.