— Милый у вас читальный зал.
— Милый. Я здесь временно работаю.
— Пока что-нибудь получше не подыщите?
— Пока замуж не выйду, — продолжая улыбаться, Ангелина закинула ногу на ногу.
— М-м-м… — многозначительно хмыкнул я. — И скоро счастливое событие?
Лина еще обворожительней улыбнулась:
— Как знать. Дольше, чем полгода я незамужней не хожу.
Я уже опасливо оглянулся на Федина — беседа перестала мне нравиться, и я не против был уйти. А Лина вдруг придвинулась еще ближе и, дотянувшись до моего уха, игриво спросила:
— Алексей, а вы правда неженаты? Или вы из тех, кто во время командировок обручальное колечко снимает?
Я не нашел, что ответить. Вопрос был не сложным, но в одночасье стать предметом охоты всех незамужних старогорских девиц мне не хотелось. К тому же я наблюдал, как Таня, беседуя с Фединым и поглядывая в нашу сторону, вдруг быстро вышла из-за стойки и, подлетев к нам, требовательно сказала моей собеседнице:
— Лин, тебя Дарья Сергеевна ищет.
— Подождет, — отмахнулась она.
— Она просила, чтобы ты прямо сейчас подошла, — не отставала Таня, буквально прожигая коллегу взглядом, который говорил куда больше, чем слова. Я с интересом за ними наблюдал.
В конце концов, Лина не выдержала — встала и ушла, гордо подняв голову, а Таня провожала ее глазами.
— Дарья Сергеевна правда ищет, или ты просто так ее отослала? — сказал я только чтобы напомнить о себе.
Таня повернулась ко мне и поморщилась так, будто увидела таракана:
— С каких пор мы на «ты»?
Прямо пунктик у нее с этим «тыканьем». Больное самолюбие, не иначе.
— Со вчерашнего вечера, забыла? Ты сама предложила, между прочим.
— Не было такого, — после секундного замешательства уже менее уверено ответила она.
— Ладно, не было, — легко признался я, — тогда предлагаю перейти сейчас.
Если продолжать аналогию с тараканом, то сейчас Таня решала: раздавить или жалко пачкать туфельку? В общем, я уже понял, что момент выбрал неудачный. Хорошо, что вовремя появился Федин и развеял как-то обстановку:
— Таня, до обеда нужно успеть в морг — если едем, то собирайся сейчас.
— Макс, я сегодня абсолютно свободен, могу вас подкинуть, — вмешался я.
Федин, разумеется, возражать не стал — выделять для поездки в морг служебную машину никто ему не станет, а толкаться в час-пик в общественном транспорте приятного мало.
Главная беда крупных городов — пробки на дорогах — до подмосковного Старогорска еще добраться не успела, так что передвигаться со скоростью черепахи нам не пришлось, а кое — где я даже смог развить приличную скорость. Мы с Фединым переговаривались, обсуждая, как лучше проехать, а Таня больше молчала, отвернувшись к окну.
Недолго поколесив по городу, минут через десять мы уже подъехали к Бюро судебно — медицинской экспертизы, прозванном в простонародье моргом. Бюро находилось на территории городской больницы — серенькое неприметное здание с бронированной дверью и затемненными окнами.
— Таня, а тебе в морге бывать приходилось? — спросил я, ставя машину на сигнализацию.
— Давно, еще на практике. У меня образование юридическое.
Судя по тому, как она поежилась и передернула плечиками, вспоминания те были не из приятных — я ее вполне понимал.
— Так ты юрист? Тогда разреши поддержать тебя, как коллегу, — я подал ей руку и смело шагнул за Фединым в помещение, из которого так и несло подвальным холодком.
Внутри здание казалось куда более обширным, чем снаружи, так что по коридорам и лестницам мы то спускались, то поднимались довольно долго. А по пути Максим зачем — то делился деталям обнаружения трупа. Нашли владельца автомобиля за городом вдоль той же трассы, куда мы выезжали с Вагановым, но чуть дальше, за поворотом в какой — то пригородный поселок. Убили, как сразу заявил эксперт очень недавно, не более суток назад — может быть, в то время, когда проводили опознание в кабинете Ваганова. Мужчине около тридцати лет, и под описание Тани он вполне подходил, даже куртка с орлом и та была на нем, а убили водителя, как и Каравчука — с помощью ножа. Но его в отличие от Каравчука пока не опознали — документов нет ни в карманах, ни в машине.
— А автомобиль на кого зарегистрирован? — поинтересовалась Таня.
— На некую Петренко, пенсионерку шестидесяти семи лет. Машина либо угнана, либо на ней по доверенности катались. С Петренко пока наши не связались.
Когда мы спустились в коридорчик, ведущий непосредственно в танатологическое отделение, я начал нервничать: